хотел союза между Салазарами и Вэнгардами, – напомнил ей Каз, ухмыляясь. – Мы и так уже неплохо с этим справляемся. Что скажете, мисс Салазар? Желаете вступить со мной в официальный союз? Салем уловила веселье в голосе, но все же не до конца понимала, что именно он ей предлагает. – Просто для уточнения, ты хочешь, чтобы мы?.. – Поженились, – спокойно ответил Каз. – Не прямо сейчас, а когда-нибудь. Но я хочу, чтобы на твоем пальце красовалось мое кольцо, а на моем – твое. Хочу, чтобы об этом знал весь мир, а ты всегда, всегда принадлежала только мне. Салем опустила взгляд на его грудь, чувствуя, как к глазам подступают слезы. Даже в самых смелых мечтах она никогда не могла представить себе подобного. Она всегда была неприступной, отстраненной девушкой, которую называли холодной и бесчувственной. Салем смирилась, что одиночество будет преследовать ее до конца дней. А потом в ее жизнь ворвался Каз, точно ураган, сметая все на своем пути, разбивая вдребезги ее убеждения, пока ей не пришлось выстроить новые. – Салем? – Хм-м? – Хватит думать. Его слова стали решающим фактором. Только он мог заставить ее разум замолчать. Она кивнула и вскрикнула, когда он внезапно набросился на нее, подминая под себя и осыпая поцелуями ее губы, даря ласку, которой Салем когда-то жаждала, ласку, на которую теперь рассчитывала, ласку, которую, она уверена, всегда будет получать от него. Салем не знала, какое будущее их ждет. Каз теперь стал членом древнего тайного общества, его имя навсегда запятнано кровной враждой их семей. Все изменилось, изменилась и Салем, и все же неопределенность будущего нависла над ней. Наверное, так будет всегда. Но Салем чувствовала себя свободной – свободной от оков, от вопросов, от демонов прошлого. Лежа в объятиях возлюбленного на землях Мортимера, землях, повидавших невообразимо много крови и смертей, она обрела покой. И хотя будущее оставалось туманным, оно впервые казалось ей живым. КОНЕЦ ТРЕТЬЕЙ ЧАСТИ

Эпилог. 5 лет спустя. Каз

Эпилог. 5 лет спустя. Каз Берегитесь, ибо я бесстрашен, а значит, могущественен. Мэри Шелли. «Франкенштейн»

– Малыш, тебе нужно сбавить обороты, – сказала ему Салем, и черт возьми, если это ее «малыш» каждый раз не заводило его еще сильнее. Однажды ночью она неожиданно назвала так Каза в постели, и он пришел в такой восторг, что с тех пор заставлял называть его так снова и снова, пока у Салем не выработалась привычка.

Они прибыли на свадьбу, не на свою, и Казу пришлось затащить возлюбленную в альков. С годами, получая любовь, которую Салем теперь позволяла себе принимать, осознавая, что ее прежние убеждения искажали травмы, позволяя себе исцеляться и становиться лучше, впитывая тепло от друзей, матери, а главное – от Каза, Салем сияла все ярче, точно темная богиня, способная ослепить любого смертного, что она и делала.