– Привет, – сказал Каз, его голос по-прежнему действовал на нее так же, как и при первой встрече десять лет назад.

Салем поднырнула под ленту и подошла к нему, тут же очутившись в объятиях мужа, впитывая тепло его тела и вдыхая аромат.

– Это он? – спросил Каз, и Салем не возражала. Иногда ей нравилось излагать мужу свои теории, рассказывать о делах, над которыми работала, как о головоломках, и зачастую Каз высказывал собственные соображения, особенно в отношении психологии преступника, которые заставляли ее пересматривать и переосмысливать детали. Одно из преимуществ партнера, который не просто умен, но и понимает тьму, с которой она имеет дело, тьму внутри Салем, лучше, чем кто-либо другой. Каз всегда видел ее настоящую и поддерживал.

Поэтому Салем открыто поделилась с ним интуитивным выводом:

– Да. Конечно, мне еще предстоит найти доказательства, но я уверена, что преступник тот же. Не подражатель.

Царящий вокруг шум побудил ее развернуться к полицейским, криминалистам и журналистам. Салем прислонилась к Казу, и он обхватил ее руками, положив подбородок девушке на макушку, и продолжил наблюдать вместе с ней.

– Но почему такой перерыв? – вслух размышляла Салем. – Он залечивал раны или отбывал срок?

– Возможно, – прозвучал над головой голос Каза. – А может, никакого перерыва и не было, просто он переехал в другое место, и никто об этом не знал.

Салем замерла, от случайного замечания мужа в голове зажглась лампочка, и девушка резко повернулась в объятиях, чтобы посмотреть на него.

– Ты прав. О боже, мне нужно будет сверить данные и… – Салем осеклась, глядя на улыбку Каза. – Что?

– Ничего. – Он ухмыльнулся, но, к счастью, не так самоуверенно, как бывало, когда хотел ее разозлить. – Просто ты невероятно милая.

Салем приподняла бровь.

– Когда рассуждаю об убийстве?

Каз наклонился ближе, чмокнув ее в кончик носа.

– Когда ты оживаешь.

Салем держала мужа за руку, недоуменно моргая от его слов, и тут ее осенило.

Когда-то она считала, что смерть неизбежна, и не придавала значения жизни.

Смерть по-прежнему была неизбежна, но именно благодаря этому жизнь становилась только прекраснее. Мгновения, которые Салем прожила, мгновения, которыми дышала, – все они становились воспоминаниями для других жизней, расходясь кругами по глади вечности.

Салем взглянула на татуировку на шее Каза, которую они сделали вместе, ее единственную татуировку, и на запечатленные на ней слова –memento vivere.

Не забывайте жить.

Приподнявшись на носочки, Салем поцеловала Каза, а он поцеловал ее в ответ, в полной мере осознавая, что она жива, он жив, и вместе они наслаждаются жизнью.