Уже собирался пойти к ним, но остановился. Сначала принять душ. Смыть с себя грязь, пот, кровь — всё, что налипло за последние сутки. И только после этого потренироваться по-настоящему. Не эти жалкие упражнения для слабаков.

Толкнул дверь казармы. Петли скрипнули. Внутри было ожидаемо пусто. Хорошо, не хотелось ни с кем пересекаться.

Прошёл между рядами коек. Моя находилась у дальней стены — та самая, с которой я вчера сбросил чужие вещи.

Стянул с себя грязную форму. Куртка была жёсткой от засохшей крови гиганта. Воротник натирал шею. Всё это полетело в кучу на полу. Разберусь потом.

Направился к душевой. Включил воду в крайней кабинке. Сначала полилась ржавая жижа. Подождал несколько секунд, пока не пошла более-менее чистая вода.

Встал под горячие струи. Блаженство… Тепло разлилось по телу, расслабляя напряжённые мышцы. Вода смывала грязь, стекая тёмными ручейками к сливу. Закрыл глаза, подставив лицо под струи.

Ссадины на руках защипало. Ушибы на рёбрах заныли тупой болью, но это ерунда. Заурчал живот. Громко, протяжно, требовательно. Голод напомнил о себе. Когда я ел последний раз? Вчера утром? Позавчера? Сложно вспомнить сквозь туман событий.

Нужна еда. Много еды. Мясо, хлеб, что угодно калорийное. Организм требовал восполнения энергии.

Услышал голос из казармы:

— Большов!

Никак не отреагировал. Я занят, закончу свои дела, потом разберусь, что там нужно. Продолжил методично умываться. Потом резко перевёл кран на ледяную воду. Холод ударил как пощёчина. Дыхание перехватило на секунду. Кожа мгновенно покрылась мурашками.

Но это было нужно. Ледяная вода прочистила мозги, разогнала остатки сонливости. Вернула бодрость и ясность мышления. Постоял под струями ещё минуту, пока тело не адаптировалось к температуре. Выключил воду. Отряхнулся, капли разлетелись во все стороны.

Вышел из душевой в одних трусах. Вода стекала с волос на плечи, капала на пол. Застал интересную картину.

Внутри казармы сидела Мамонтова. На моей кровати. Развалилась как хозяйка, закинув ногу на ногу. Руки скрещены на груди, на лице — самодовольная ухмылка.

А рядом с ней ещё несколько человек.

Двое стояли у стены справа. Оба крепкого телосложения, оба в форме ловцов. Автоматы на плечах, ножи на поясах. Лица жёсткие, взгляды тяжёлые. Третий сидел на соседней койке — молодой парень лет двадцати пяти. Худощавый, нервный, постоянно ёрзал. Пальцы барабанили по колену. Четвёртый стоял у двери, перекрывая выход. Самый крупный из всех — под два метра ростом, плечи как у быка. Руки скрещены на груди, взгляд тяжёлый. Шрам через левую бровь.