— А? — Борис поднял бровь, не понимая.

Затем его взгляд скользнул туда, куда смотрел я. Лицо побледнело.

— Твою мать… — выдохнул он.

Два гиганта. Метрах в пятидесяти, но быстро приближаются. Бегут. Земля дрожит под их шагами, пыль поднимается облаком.

— Бежим! — рявкнул Матросов.

Мы рванули к сетке.

Ноги сами несли вперёд — сила Титана пульсировала в мышцах, два процента, но уже чувствуется разница. Быстрее, легче, земля под ногами словно пружинит.

Я чуть сдерживался — не хотел оторваться от Матросова. Нужно прикрыть задницу того, кто собирается мне помочь. Если он сдохнет, то и ядра мне не видать.

А мужик, надо отдать должное, бежал неплохо. Пошустрее Коли будет — то ли старые навыки, то ли страх окрылил. Дышит тяжело, лицо красное, но темп держит. Не отстаёт.

Позади грохот. Топот гигантов. Они близко, метров тридцать.

Ещё немного. Сетка впереди. Рывок. Пересекли границу аномалии. Остановились. Развернулись.

Гиганты замерли у сетки. Не переходят. Смотрят на нас, но дальше не идут.

— Пронесло… — выдохнул Матросов.

И что сделал он первым делом? Достал сигарету. Руки дрожали, пока он чиркал зажигалкой. Прикурил. Глубокая затяжка. Выдох.

— Твою мать… — тяжело дышал он, согнувшись, опираясь ладонями на колени. — Думал, сердце из горла выскочит. Или в штаны наложу. Или всё вместе.

Усмехнулся.

— Ещё жив, значит, рано паниковать.

— Лёгко тебе говорить, — Борис распрямился, вытер пот со лба. — Ты бегаешь как… Чёрт, даже не знаю, с кем сравнить. Видел, как ты в гиганта врезался, будто танк, а не человек.

Промолчал. Пусть думает что хочет.

Матросов докурил сигарету, затушил об асфальт. Отдышался. Кивнул в сторону транспорта.

— Поехали. Время не ждёт.

Мы забрались в машину. Я плюхнулся на пассажирское сиденье, захлопнул дверь. Матросов завёл двигатель.

И тут почувствовал.

Моё тело… сопротивляется. Изнутри. Словно шарик надули слишком сильно, и он вот-вот лопнет. Кожа натянулась, мышцы напряглись сами собой, нервные окончания вспыхнули болью. Два процента силы Титана — для этой человеческой оболочки многовато.

Получается, если я получу больше силы, чем тело способно выдержать, то… Взорвусь? Разорвёт на куски? Или просто сгорю изнутри, превратившись в обугленный труп?

Неприятная перспектива.

Закрыл глаза. Машина тронулась. Звуки отдалились — рёв мотора, скрип подвески, голос Матросова что-то говорящего. Всё стало приглушённым.

Сосредоточился на внутреннем мире.

Пришлось повторять то, что делал, когда только попал в этот мир. Тогда, в первые дни, сила Титана рвалась наружу, не умещалась в хрупком человеческом теле. Я учился её сдерживать. Запирать. Контролировать.