— Ну да, — моя гурия нахмурилась. — И что?

— Вокзал не закрывается, Хэл. Он всегда открыт. Круглосуточно.

— Но…

Я вскинул руку, не давая сбить себя с мысли.

— Почему ты не пошла в освещенный центр города? Там гостиницы, ночные кафе. Почему ты не вызвала такси, в конце концов?

— Я не… — она невольно отступила передо мной, быстро вскочившим с дивана.

— Почему ты не позвонила своим друзьям? Зачем пошла в самый темный и пустой район? Кто тебя отправил в мой дом, Хэл?

Она наткнулась на стол и вынуждена была остановиться.

— Мэтт…

— Кто тебя подослал ко мне?

В ее глазах мелькнуло смятение… страх, о котором недавно так красиво говорил морок.

— Я приехала сама. Меня никто не посылал. Я помню, что захотела сама…

Я крепко взял ее за руку, наверное сжал сильнее чем нужно, потому что моя гурия поморщилась от боли, но вырываться не стала. Моя гурия… или не моя? И не была моей никогда?

— Ты говорила, тебе снился мой дом.

— Да. Говорила. Но теперь не уверена. Тогда мне показалось, я правда видела его во сне. Мэтт, послушай… Я не обманываю. Так все и было. Закрытый вокзал, единственно возможный путь через темную аллею…

Она оправдывалась, потому что чувствовала вину передо мной, хотя не знала, в чем провинилась. Опять эта проклятая вина! Я оттолкнул Хэл, и она, сделав шаг назад, не удержалась на ногах, упала на диван.

— Ну проверь меня! — воскликнула моя ученица с болью. — Пойдем вместе в мой сон.

— Один раз ты уже заманила меня там в ловушку, помнишь?

— Я не хотела! Я тогда не могла управлять собой. Геспер просматривал мое подсознание. Он сказал, я не нуждаюсь в контроле.

Я швырнул ей на колени медальон.

— Может, пустьон тебя проверит.

Хэл посмотрела на меня так, словно не верила, что я могу произносить все эти несправедливые, обвиняющие слова.

Мою голову пронзило вдруг ледяной спицей. Острой, длинной и тонкой. Она неспешно проворачивалась где-то в затылке, пытаясь выйти через левый глаз. Я рухнул на диван рядом с Хэленой и прижал ладони к закрытым векам. Так что под ними поплыли багровые пятна.

Он жив… мой дэймос. Амина разбудила его. Не до конца. Но он рвется с привязи. Морок появился очень вовремя. Учуял запах свежей крови на шкуре моего тимора, когда тот продирался на поверхность сквозь трещины в опаленной земле. У меня перехватило дыхание, как будто я стоял на краю воронки Мара и смотрел в пропасть под ногами. Я могу вернуть прежнюю силу. Защитить всех, кто мне дорог. Остановить бездну, угрожающую моему городу…

Теплые руки легли поверх моих, горячий шепот в самое ухо начал плавить холодный шип в голове.