— Что, никаких возможностей сближения?

— Никаких в ближайшие годы. — Она посмотрела на меня в упор серо-голубыми глазами и спросила с легким неодобрением: — Ты без сопровождения?

— Можешь одолжить мне одного Ареса, — я улыбнулся ей.

Девушка усмехнулась в ответ, подалась вперед, и я разглядел крошечные веснушки на ее высоких скулах.

— Боюсь, он поджарит тебя до того, как ты успеешь с ним поздороваться.

— А ты представь меня сама. Я — Мэтт.

Оператор боевой системы рассмеялась, пожимая мою руку:

— Афина.

Ее сосед, переговаривавшийся с одним из коллег через ряд, отвлекся от беседы и поинтересовался:

— Надеюсь, ты не в туристическую поездку? Для этого сейчас не лучшее время.

Я отогнул отворот куртки, второй раз за полчаса демонстрируя знак сновидящего. Мои спутники посмотрели на бронзовый мак с одинаковым выражением уважительного понимания.

— Все настолько серьезно? — вернула мне девушка мой же вопрос и улыбнулась невесело.

— Разберусь на месте.

— Тебе нужно сопровождение? — спросил ее сосед, тот самый, с кем я начал разговор. — Можем довезти до гостиницы при посольстве…

— Нет, спасибо. Меня встречают.

Двери вагона закрылись с легким шипением. Состав тронулся с места, затем последовал мягкий толчок, и шаттл понесся вперед, наращивая скорость. На стенах засветились экраны, заменяющие окна.

Я откинулся на спинку кресла, размышляя.

— Афина, можно вопрос? Не слишком корректный.

Она подняла заинтересованный взгляд от планшета.

— Давай.

— Вот представь. Вы управляете мощнейшими, опасными машинами. Вдруг что-то случится с тобой, и управление над ними перехватит кто-то другой. Или заставит тебя повернуть оружие против своих же…

Я не произнес слова «дэймос». Однако она поняла, о чем я.

— Мы проходим специальную подготовку, — ответила девушка. — С участием сновидящих в том числе. В моем подсознании мощные блоки. И если что-то или кто-то попытается воздействовать на мой разум, ему вряд ли удастся это сделать. Но если вдруг моя защита все же будет повреждена, я сделаю одно-единственное действие. Уничтожу доверенные мне машины.

И вполне возможно, погибнет при этом сама. Потому что отряд штурмовиков, которым командует человек, захваченный дэймосом, чудовищная разрушительная сила.

Афина вновь погрузилась в свои расчеты. Ее сосед прислонился затылком к подголовнику, закрыл глаза. Его лицо с чертами скульптур микенского периода было абсолютно непроницаемо.

Постепенно разговоры стихли. Остальные операторы также выглядели расслабленными, но я знал, они готовятся к серьезной работе, которая будет занимать все их внимание…