Чуть покрутив конверт в руках, настраиваясь, я вновь начал читать его с самого начала, в этот раз — вслух, для Марлы. Негромко — можно сказать, шепотом — ночной порой этого хватало.

— Тут написано про твою интуицию… — Постучал я ребром конверта по ладони. — Еще говорят про ценности, которые вы везете, но мне до них нет дела. На вашу миссию тоже наплевать. Я уже понял, что там будет много крови и трупов. Я знаю, что тебе и Агнес не в первый раз заниматься этим ремеслом. Если верить письму, вы — идеальная пара, одна останавливает, вторая режет глотки. Наверное, такое ломает душу. Не может не сломать… Наверное, после всего, что ты пережила, кажется нормальным поиграться с человеком. Они ведь, в большинстве своем — те еще сволочи. Других же ты не видела, верно? Убийцы, насильники, бандиты. Они ведь и не очень-то люди? Твоя подруга называет их щеночками, и это вряд ли просто слова. Есть бешеные собаки, которых вы убиваете. Есть просто зверьки — забавные, смешные и постоянно ломающиеся в ваших руках. А люди — это сестры по Ордену. Других людей-то нет, а? Которые могут не захотеть, чтобы с ними поступали против их воли. Так вот, я человек — и я не хочу. Доступно объяснил?

По мере монолога взгляд Марлы менялся: от равнодушного, каким он был вначале — до настороженного в момент чтения письма. От внимательного, когда я описывал их жизнь — до задумчивого, когда я завершил.

— Убивать я вас не хочу и не буду. — Подытожил я. — Но как-то нам придется сосуществовать. Хотя бы до Сан-Франциско. Там я могу отправиться в это ваше «паломничество» хоть завтра, патроны мне не нужны — оставите себе. Обойдусь без документов. Могу поехать с вами дальше и просто не мешать, как договаривались. Могу помочь. Но все варианты — только на правах равного.

Помедлив, чтобы дать время на размышления, я снял скотч со рта Марлы. Та говорить не торопилась — хороший признак, наверное…

— Какой у тебя талант? — Пересохшим горлом спросила она. — Где ты служил? Откуда четвертый ранг?

— Писарем, в штабе. Читал, не вскрывая, конверты. — Усмехнулся голосом. — В одном из них было распоряжение насчет меня. Ушел раньше.

— Вот как… А врал, что не в бегах.

— Вы тоже умолчали о том, что сестру Гретту ожидает героическая смерть. Нет, в вашем слове я не сомневаюсь: билет, патроны и документы вы бы сделали, но зачем они трупу?..

— В письме сказано, что вернутся двое. Мы бы отправили тебя на автобусе…

— Парня, который всем на севере разболтал бы, что он делал с двумя монашками из ордена? Да брось. Я-то — человек неболтливый, но чтобы это понимать, надо сначала принять меня человеком. С этим у тебя большие проблемы.