— Тоже верно, — пришлось соглашаться.
Тем более что Марла вытащила не печеньки и прочие быстрые радости, а десяток яиц и банку молока. Следом — небольшую кастрюльку и спиртовку с компактной жаровней.
То есть, ожидался омлет, но не прямо вот сейчас, так что ладно — повозимся с бельем. Тем более, надо бы успокоиться — а то руки после чтения подрагивали…
Глава 3
Вещи внутри сумки лежали не особо аккуратно — либо хозяйке было все равно, либо две живые монахини уже успели порыться в наследстве покойницы. Что искали — тут и голову ломать не надо. Могло же быть у Гретты послание, аналогичное тому, что лежало в конверте: только в этот раз от некой Кристен — своей покровительнице? Да запросто.
Не все можно доверить радио — если Эллен обращается к коммодору Маурин на бумаге, то и у их соперников вариантов тоже не особо много: либо передать на словах, либо письмом.
А раз мне подсовывают сумки, то Марла с Агнес ничего найти не смогли. «Вдруг ему повезет?» — или какая там логика?..
Но к делу я подошел обстоятельно — вытряхнул все на койку, отсортировал по разным сторонам предметы одежды, косметику и всякий хлам, там же сложил и упаковал обратно. Места в сумке резко стало в два раза больше. А вот тайного послания — так и не нашлось.
Не было конверта ни в боковых и передних карманах, ни в тканевой подкладке, которую я осторожно ощупал. Что же — бывает и так…
На всякий, применил талант и принялся слой за слоем просматривать эту и другие сумки. Тоже ничего. Да еще и не до поисков стало — еда доходила до готовности, наполняя купе приятными ароматами.
— Вот, ешь, — усадили меня на постель, постелили на колени в несколько раз сложенное полотенце, а сверху — кастрюльку с омлетом, посыпанным специями.
Выглядело завлекательно.
В руку вручили швейцарский мультитул с выдвинутой ложкой и оставили в покое. Ну, почти — напротив села Марла, приготовившись наблюдать, как я буду есть.
— Моя треть? — уточнил, пока не трогая.
— Все твое, — замахала она руками.
— Агнес?
— Во-первых, сестра Агнес. Во-вторых, мы обедали, — пробубнила та, не убирая записную книжку с рук. — Ешь, набирайся сил. Не знаю, сколько ты там был в бегах…
— Да не был я в бегах… — Вяло отмахнулся.
— В-третьих, следующий раз кушать будем только завтра, в Сан-Франциско.
Пожав плечами — не хотят, так и ладно, я приговорил все содержимое кастрюльки за пару минут и даже ложку облизал невольно, когда понял, что отскоблить с донышка больше ничего не выйдет.
— А говоришь — не в бегах, — хмыкнула своим мыслям брюнетка.
«Да я не ел три года!» — но вместо этого промолчал, ограничившись коротким «спасибо».