— В общем, мне кажется, я немного располнел, — обеспокоенно уточнил я, глядя на дыру в кровати над головой.

— Хм… — Глубокомысленно отметила Марла, глядя туда же.

— Сколько там паспортная нагрузка на такие конструкции?.. — Задумчиво попытался я припомнить.

— А это точно не диверсия? Приехали две дуры из глубинки, а им решетки на кроватях подпилили… — По-прежнему лежала на мне Марла.

Падать-то дальше все равно некуда — внизу железобетон.

— Не, это я стал тяжелее… Хорхе не даст соврать.

— Это кто?

— Тот, который меня из автобуса выносил. С позвоночной грыжей…

— Так чего он вообще с такой болячкой полез?..

— Так ее до этого не было…

— Слушай, а ты возвышение когда проходил?.. — Приподняла голову Марла.

— Недавно. — Вынужден был я признать.

Точно, эволюция!

— Совсем-совсем недавно? — Прищурилась она.

— У нас в Вингстоне таких хрупких кроватей нет! Когда бы я заметить мог изменения в весе?..

— Ага, только из ванны вылез… — Вновь улеглась блондинка. — Короче, это все — возвышение. Там все перекраивается: мышцы, органы, кожа, все остальное. Видимо, какой-то из талантов затребовал более плотные, а значит, тяжелые мышцы и кости… Вряд ли это нужно для чтения запечатанных конвертов, так что… Какой ты там талант съел?..

— Ломать кровати.

— Тогда все работает, как и должно.

— Как теперь монахиням объяснить, что тут случилось? — Тяжко вздохнул я. — Марла, ты чего? — Забеспокоился, ощутив, что штаны стягивают самым бесцеремонным образом.

— Ты вообще не о том думаешь! — Мягко попеняла она мне. — Ты в первую очередь спроси, что подумает Агнес!

— Так мы ей объясним…

— Да хрена с два ты ей что объяснишь! Она сразу скажет, что мы тут перетрахались так, что сломали обе кровати! — Села блондинка сверху. — Тебе-то плевать, а на меня опять епитимью наложит!

— Но это ж неправда!

— Вот именно! А я за неправду страдать не намерена! — Разом стянула Марла с себя всю верхнюю одежду через голову и строго посмотрела на меня. — Так и будешь смотреть на грудь? Хватайся уже!

В общем, к приходу шефа мы нагрешили достаточно, чтобы отводить виноватые глаза в сторону.

— На час вас нельзя оставить! Всего на час! — Подняла очи сестра, сложив руки в молитвенном жесте. — Вот за что мне это?

— Я все объясню! — Храбро выступил я. — Понимаете, я залез на второй ярус, тот сломался, я полетел вниз…

— И попал кое-чем в кое-кого, — закивала Агнес. — С Марлой это часто. Так. — Перешел гневный взгляд шефа на подчиненную. — Неделю на хлебе и воде, как вернемся. Мне твои мартовские месяцы — знаешь где?

Марла понурилась, шаркнув ножкой.

— Будут рейки — я починю, — виновато хмыкнул я.