— Тогда почему не забрали, когда бежали?..

— Да тут много ценного осталось. Думаю, хватит даже Кейт на эволюцию по смене внешности. Мы же с ней должны расплатиться, так?..

— Показывайте ценное! — Тут же отреагировала четвертая. — Я буду стаскивать все к выходу! Нет, сначала я пригоню самокаты! Мы все-все заберем! — Не спрашивая разрешение, унеслась она, как та стрекоза.

— Беги-беги, — одобрили ее решение. — А мы тут пока порассуждаем о некоторых странностях.

— Ты вообще — одна большая странность.

— Береги ребра. И слушай внимательно. — Посерьезнел он. — Кто у нас в городе отвечает за контроль над одаренными? Кто может припугнуть и заставить действовать совместно два отряда? У кого проблемы такие, что срочно нужны огромные ресурсы для эволюции, которых не достать легально? Кто может пообещать, что расследования у громкого преступления не будет? Кто, не дождавшись добычи, хотел от меня, чтобы я штурмовал место, где эта добыча может быть?..

— Кейт не понравится этот ответ, — ответила Марла, перебирая без брезгливости одежды с нашитыми одеждами отрядов.

— А как тебе понравится, что этот некто связывается с двумя семерками и десяткой, и отправляет их ночью в лес, на третий? Вместе со своей дочкой — для контроля?..

— Словно что-то надо забрать с третьего уровня, — скривившись от боли, произнесла Агнес. — Но мы же не работаем на О’Хилли.

— Даже если работаем — какая разница? Мы — наемники. Только вот…

— У нас изымут добычу? — Где-то даже спокойно произнесла Марла. — Кейт расстроится.

— Да вряд ли изымут все. Но часть — это ведь добыча отрядов. Она уйдет родственникам. И часть совершенно непонятная, потому что никем не посчитанная. — Раздался в пещере вздох.

— Так зачем О’Хилли хотели отстранить? — Спросили с ложа.

— Чтобы новый начальник вел расследование. А не всячески ему препятствовал. Дело не в местах в Совете. И да, я очень доверчивый, признаю. — Склонили голову.

— То, что под Агнес — тоже отдаем?

— А вот это — трофей.

— Ну хоть не полный растяпа, — мягко ответили ему.

— Да я вообще!.. — Возмутились в ответ.

— Мы ничего никому не отдадим. — Жестко ответила Агнес. — Все переговоры буду вести я. Любая слабина — признание в соучастие. Грызться будем за каждую кость в этой дыре.

— Или так. Ай!..

— Ай!.. Ай!.. — Вторили с ложа и от стены. — Это что⁈ — Возмутились на два голоса.

— Это Хтонь напоминает, что ей тоже положена доля. — Мрачный голос огласил пещеру. — Привыкайте.

«И как мы проиграли столь бестолковым существам?» — Смотрел бестелесный дух шамана сверху до того, как требовательный зов из посоха не затянул его в одну из своих сфер.