— Как он? — спросил я, не став уточнять, о ком речь.

— Беснуется, — коротко ответил Юра. — Только я его закинул в комнату, как отец тут же попытался снести мне голову. Благо его тело начало трансформироваться в человеческое, а то бы эта попытка увенчалась успехом.

— Не прибедняйся. Ты бы запросто его вырубил, если бы захотел, — улыбнулся я.

— Бить отца? Нет, Михаил Константинович, мне воспитание не позволяет.

— А мне, стало быть, позволяет? — приподнял я бровь.

— Выходит, что так, — хмыкнул Юра.

— Понятно. Как только разберёмся с аномальной зоной, великими бедствиями, Императором и прочей шелупонью, займёшься моим воспитанием.

— Ха-ха! С радостью, — кивнул брат и посмотрел на горы награбленного. — А что с этим будем делать?

— Устроим конкурс. Разыграй это барахло среди архаровцев. Сильнейшие бойцы получат право выбрать себе три вещи.

— Понял, принял, — кивнул Юрий. — Сделаем. А сам ничего не хочешь отсюда взять?

Я ничего не стал отвечать. Лишь заставил чёрную жижу просочиться через мои поры, создав полный доспех. Увидев это, Юрий присвистнул.

— Ого. Ну и страшилище.

— Да иди ты. Сам ты страшилище, — буркнул я, потянувшись к магии Льда.

Передо мной из земли вырос идеально гладкий кусок льда. Заглянув в него, я увидел собственное отражение… И правда, страшилище. На локтях и коленях имелись острые шипы, шлем и вовсе выглядел, как оскаленный череп с остроконечной короной из стальных лезвий. Причём в глазницах шлема клубилась непроглядная тьма.

— Ого. А ты прав. Так себе видок, — согласился я с Юрой. — Тогда, пожалуй, возьму один комплект брони. Мало ли, вдруг пригодится. Ах, да. Скажи бойцам, что автоматы разрешено использовать лишь в случае крайней необходимости, так как работают они на Слёзах Мироздания. А нам слёзки потребуются во время штурма Хабаровска.

— Штурма? — удивился Юрий.

— Устранить Императора это одно дело, а вот усмирить всех недовольных — это задачка на порядок сложнее.

— Есть такое дело. Хотя, не сказал бы, что Императора поддерживает куча аристократов. Они его, скорее, терпят.

— Отличная позиция. Потерпим, потом потерпим ещё немного, и ещё, и ещё. А после уже и помирать пора пришла. Терпение и труд здоровье в прах изотрут. Так ведь говорится?

— Почти, — усмехнулся Юрий. — Чем планируешь заняться?

— Да так. Нужно заскочить в Екатеринбург, обрадовать Семёныча новыми заказами на производство генераторов защитных полей. Ведь Император-батенька велел мне обеспечить родину защитными артефактами. Кто я такой, чтобы отказывать ему?

— Судя по твоей хитрой морде, в артефакты будут внесены некоторые изменения? — с прищуром спросил Юра.