— Брехня! — крикнул кто-то.

— Не верим! Докажи! — подхватили в толпе.

Я улыбнулся. Я на это надеялся. Нет — рассчитывал. Но мне нужно было, чтобы они сами этого захотели.

— Вы видите эту башню? — я указал на тёмный силуэт, возвышавшийся над дворцом. — Она противна моему взору.

Я поднял руку.

— Мне она не нравится.

Вдалеке на холме за лагерем, раздался скрежет. Тот самый — рельсотрон выходил на режим. Кан всё сделал вовремя.

Я махнул рукой, указывая кулаком на башню. И… мир ослеп.

Белая вспышка ударила бы по глазам, не зажмурься я вовремя. Но остальные не знали, чего ожидать. Так что, когда пелена спала, и они смогли видеть, башни не было. Вообще. Только облако пыли и мелкого крошева поднималось к небу, да стена дворца, примыкавшая к башне, рухнула внутрь, обнажив перекрытия.

Тишина.

Толпа замерла. Я видел, как она подрагивает в нерешительности. Чувствовал, как колеблется. А потом, испустив гулкий вздох, она рухнула к моим ногам. Кто-то опустился на колени. Кто-то побежал, но недалеко — ноги не слушались.

— Боги… — прошептал кто-то рядом.

Я ухмыльнулся. Да, надавить на религиозное чувство я тоже рассчитывал. И это удалось.

— Не боги, — сказал я. — Просто сила. Сила, которой я владею. И она может быть обращена против всех вас. Или только против Амира. Выбирать вам.

Я обвёл толпу взглядом.

— Сдавайтесь. Сложите оружие. И вы останетесь живы. Я накажу только Амира. Он сам вынес себе приговор.

— Врёшь! — крикнул кто-то из задних рядов. — Ты убьёшь всех!

Я повернулся в сторону крика.

— Если бы я хотел убивать, я начал бы с вас, — сказал я спокойно. — Но я не убийца. Я судья. Сдайтесь, и вы будете свободны.

В толпе заколебались. Автоматы опускались, арбалеты падали на землю. Кто-то плакал. Кто-то молился.

И вдруг — выстрел.

Очередь ударила мне в грудь, отскочила от брони, не оставив даже царапины. Я даже не пошатнулся. Лишь белые капли расплавленного свинца разлетелись в разные стороны.

— Глупо, — сказал я.

Люди вокруг стрелявшего отшатнулись, оставляя его одного. Он стоял с автоматом в руках, и глаза его были безумны.

Доли секунду мне хватило, чтобы отдать приказ турели и навести на цель. Болт вонзился стрелку чётко между глаз. Тело откинуло назад метра на три.

— Я не потерплю агрессии! — прорычал я, как мог ужасней.

— Пощади… — раздалось из толпы.

— На колени! — потребовал я.

Роль нужно было играть до конца, если я хотел выиграть этот раунд.

— Вы всё ещё сомневаетесь? — Голос лидера гремел набатом.

Я снова воздел руку и, услышав звук скрежета, указал кулаком на остатки дворца.

Полыхнуло.

И ещё существенная часть здания испарилась в белой вспышке чистой энергии.