Бог с ним, с промыванием ран некими отварами. Но подлекарь по наущению Ивана не на шутку решил заняться вопросом профилактики оспы. Состоялся у них как-то разговор у костра. Вот и наговорил там Иван разной бредятины. А медик возьми и загорись. И если он поведал об этом Рощину… Ох, не быть Павлу профессором. Однозначно не быть.

— Ирина Васильевна, пора принимать лекарства, — сосредоточив свое внимание на больной, произнес профессор.

Хм. А вообще, Ирина, похоже, серьезно вляпалась, коль скоро само светило медицинской академии крутится вокруг нее. Впрочем, он и вокруг Ивана крутился. Так что, возможно, все дело в персоне больной.

Парень провел с ней два часа. И собрался домой, только когда она, бедняжка, умаялась и начала клевать носом. Ну что тут поделаешь. Подхватил княгиню на руки и, как маленькую, отнес в спальню. Да еще и посидел рядом, держа ее руку в своих ладонях, пока она не уснула.

— Вот так вот, Ваня. Тебя по ее воле вроде как сберег. А ее не уберегли, — когда Иван вышел на высокое крыльцо, произнес стоящий тут же Матвей.

— А чем ты мог помочь? Встал бы на пути хвори? — глядя на алый закат, спросил Иван.

— Да уж встал бы.

— И как это у тебя получилось бы? — невесело ухмыльнувшись, усомнился Иван.

— Да уж как-нибудь уберег бы ее от посягательства.

— От какого посягательства? Ты сейчас о чем? — с удивлением проговорил парень.

— Я об отравлении, — с не меньшим удивлением посмотрев на молодого человека, ответил Матвей.

— То есть ее отравили?

— Так ты ничего не знаешь?

— Откуда?

— Ну так месяц назад на гулянье у Лопухиных бывший ухажер Ирины Васильевны подмешал ей яд.

— Та-ак.

— Профессор наш, Христофор Аркадьевич, тогда рядом случился. И как только у нее появились первые признаки, не растерялся. Говорит, что беда уже миновала и Ирина Васильевна пошла на поправку, нужно только время и не прекращать лечение.

В этот момент раздался детский плач, и из-за угла появилась дородная женщина с завидными статями, несущая на руках запеленатого младенца. Кроха буквально разрывалась, не иначе как требуя, чтобы ее покормили. Иван только подивился данному обстоятельству.

Нет, дело вовсе не в том, что при его последнем посещении усадьбы на ее территории не было младенцев или беременных с выпирающими животами. В конце концов, он тут отсутствовал достаточно долго, чтобы кто-то успел и родить. Но вот тот факт, что женщина с младенцем проследовала мимо них прямиком в дом, его удивил. Вообще-то детям прислуги в господское жилище ходу нет. Если только они не достаточно подросли, чтобы выполнять какие-нибудь обязанности.