Странное дело, но, родом из куда более теплых краев, Марио Риццо успел привыкнуть к суровому русскому климату и чувствовал себя здесь просто замечательно. Итальянец даже был уверен, что в южных широтах ему теперь будет уже некомфортно. А может, все дело в том, что он успел попривыкнуть к русской столице.

Мог ли он подумать, отправляясь в дикую Московию, что здесь столь активная светская жизнь? А она здесь била ключом. Причем попасть на гулянье не составляло никакого труда. Достаточно быть человеком благородных кровей. Подумаешь, он не имеет к дворянству никакого отношения. Коль скоро сам де Бриен выдает члена посольства за человека благородного, то кто же в этом усомнится.

Но пусть эти гулянья не стоят для его кошелька ни гроша, тем не менее и они приедаются. Вот и Марио устал от постоянного безудержного веселья. Так что порой куда приятнее провести вечер за партией в шахматы с послом, чем предаваться утехам с очередной барышней.

— Не спишь? — ввалившись в его комнату, выпалил де Бриен, с которым они расстались буквально только что.

— Смеешься? Когда бы я успел, — показывая, что он едва успел избавиться от камзола, произнес Марио.

— Вот и хорошо. Кажется, у нас проблема, и нужно срочно ее решать.

— Какого рода проблема?

— Похоже, нашелся тот, кто видел тебя, когда ты приголубил беднягу Эндрю.

— Быть того не может.

— Ты можешь в этом поручиться?

— Гарантировать это я, конечно, не могу… — с сомнением начал было итальянец.

— А я не хочу проверять, — оборвал его француз. — Ко мне сейчас пожаловала с письмом служанка Горлицкой. Мари сообщает, что у нее дома находится неизвестный, который говорит, что видел убийцу мистера Далтона и готов указать дом, где тот проживает. То есть ты. Но за сведения нужна награда в двадцать рублей. Вот Мари и просит меня ссудить ее этими деньгами.

— Зачем это ей?

— Не имеет значения. Я даже не исключаю возможности, что этот свидетель может оказаться мошенником, решившим нагреть на этом руки. Не суть важно. Главное — это то, что мы не можем рисковать.

— А как к этому отнесся наш доктор? — намекая на иезуита, поинтересовался убийца.

Адам Кравчик числился всего лишь эскулапом при посольстве. Мало того, успел обзавестись в Москве небольшой практикой. И тем не менее, по сути, отдавал приказы даже самому де Бриену. Иное дело, что в официальные политические вопросы он не вмешивался, считая, что француз справляется с этим вполне достойно. И это действительно было так. Подтверждение тому — не только подписанный договор, но и то, что русское войско уже готовится к походу.