— А как?

— Да просто выдерни старое и вставь под кольцо новое.

— Ага. Действительно просто.

Выбору Николая Ирина удивилась. Ему как раз понравилось самое тонкое перо, с которым она испытывала некий дискомфорт. А вот цесаревич остался в восторге и с щенячьей преданностью уставился на тетку.

— Даже не проси. Сама еще не наигралась. Да и не наиграюсь, пожалуй. Очень уж ладно получилось, — смеясь, замахала она на племянника руками.

— Тетушка, — начал канючить наследник престола.

— Да ну тебя. Никакого с тобой сладу. Хотела сделать сюрприз, а теперь-то что.

— То есть ты уже заказала у мастера еще?

— Заказала, горе ты мое луковое. Да только хотела порадовать, а теперь вот.

— А ты мне эту отдай.

— Нет, — тут же вскинулась Ирина.

Она прекрасно понимала, что это если не первая, то уж точно вторая ручка. И сделана была специально для нее. А подарок Ивана для нее дорог.

— Его работа? — догадался Николай.

— Все-то тебе знать потребно, — усмехнулась Ирина.

— Значит, его. Ладно, коли так, выпрашивать не буду. Ну чего ты на меня глядишь, тетушка? Подрос я малость, уж женить хотите. Так что понимание имею. Да и с ним повстречались в воротах. А вообще, рад за тебя. Стоящего парня себе сыскала. Во всех отношениях стоящего. Разумник каких мало. А мне-то ручку когда сделает? — решив перевести разговор в иное русло и плохо скрывая свое нетерпение, полюбопытствовал Николай.

— Обещался завтра поутру, — понимающе улыбнувшись, заверила княгиня.

— Хм. А я его на завтра к себе в Преображенское с десятком вызвал.

— Ладно. Пошлю гонца, пускай скажет, чтобы завтра взял с собой и вручил в Преображенском, — со снисхождением произнесла Ирина, а потом сразу же встрепенулась: — Но только помни, то от меня подарок.

— Ввек не забуду, тетушка, — тут же осветился улыбкой наследник.

— Верю. Значит, тебе самое тонкое перо.

— Нет. Пусть все три делает. И если можно, то и еще шире.

— Да для чего тебе?

— Ну как же. Если чертежи какие справить, так там порой что-то выделить особо надо, цветом или более жирной линией. А так и мудрить ничего не надо, просто возьми нужное перо, и готово.

— Хорошо, передаст.

— О! А это что за листы? Гляжу, тоже тонким пером писано, и убористо.

— Да так. Разумник каких мало, — припомнив слова цесаревича, сказала княгиня. — Предложения свои по изменениям в податях принес. Словом, сует нос, куда ему не следует и в чем не разбирается.

— Ты позволишь, я почитаю?

— Да оно того не стоит, Коля.

— То есть ты это все одно выбросишь в огонь?

— Ой, да забирай. Делать тебе нечего. Люди всю жизнь учатся управлять государством, и ума толком дать не могут, а тут разумник от сохи.