— От пищали.

— Что?

— Ну он же стрелецкий сын, стало быть, от пищали, ну или от наковальни.

— Да ну тебя. Баламут. Лучше скажи, что там с дознанием?

— Уж закончено.

— Посланника к королю Яну отправили?

— А то как же.

Не простой душегуб угодил в подвал Разбойного приказа. Королевский посол, этого так просто на плаху не потащишь. Тем более учитывая, что союз с варшавским двором Москве просто необходим. Тот самый случай, когда вчерашние враги вынуждены стать друзьями, чтобы противостоять общему противнику. Опять же войско московское уж вовсю собирается.

Так что вопрос серьезный. И судьбу этого француза теперь оба двора решать будут, да так, чтобы ни одной из сторон урону не было. Задал задачку, паразит.

— Кого отправили? — уточнила Ирина.

— Боярина Бутурлина. Вчера еще выехать должен был.

— Ивана Васильевича. Умудренный муж. Должен все обставить должным образом. Нельзя это спускать. Никак нельзя. И дело не в покушении на меня.

— Да понимаю я все, тетушка. Даром, что ли, с батюшкой чуть не до утра проговорили, хотя и плох он.

Ирина посмотрела на племянника долгим взглядом, а потом истово перекрестилась:

— Ну слава тебе господи, взялся-таки за ум.

— Настолько все было плохо? — искоса взглянув на тетушку, поинтересовался наследник.

— Не скажу что катастрофа, но напугал ты меня изрядно. Братец вот только то и рассмотрел, что ты к наукам стал проявлять интерес. А я, признаться, и места себе не находила, и боялась задеть настолько, что ты закусишь удила. Характер-то у тебя не сахар.

— И напрасно, тетушка. Ты же знаешь, насколько я тебя люблю. Нешто сомневаешься в том, что послушал бы тебя?

— Не сомневаюсь. Знаю, что не послушал бы, — покачав головой, убежденно произнесла княгиня. — А вот когда сам дошел, то уж совсем иное. Возраст у тебя такой, пришла пора самому летать. Тебе-то невтерпеж, а нам с батюшкой твоим и радостно, и боязно.

— Спасибо, тетушка. И тебе, и батюшке спасибо за понимание и терпение.

— А и не за что. То долг наш.

— Да теперь уж, пожалуй, и мне пришла пора долг отдавать. Батюшка грозился посадить меня рядом с собой соправителем. И указ о том зачитать на совете Боярской думы не далее как сегодня вечером.

— Вот оно, значит, как, — задумчиво проговорила Ирина Васильевна. — Но с другой стороны, так оно правильно будет. Ну что, обедать-то будем? — прекращая разговор, обратилась она.

— С удовольствием, — оставляя ручку хозяйки и подхватывая исписанные листы, поспешил ответить Николай.

У него вдруг заурчал подведенный живот, требуя свою неизменную дань. Впрочем, чему тут удивляться. Здоровый молодой организм, на свежем воздухе провел двое суток. Есть где нагулять аппетит.