— Это еще что? — Иван даже завертел головой от неожиданности.

А и было отчего. Не каждый день услышишь орудийный грохот. А там подоспела и частая трескотня пищалей. По ощущениям не рядом, но и не далее пары верст.

— Коленька забавляется, — отмахнулась Ирина.

— Это цесаревич со своими потешными, — догадался Иван.

— Потешные. Вот же выдумал Дмитрий. Да какие они потешные, коль едят в три горла. Да пороху уж сожгли столько, что военный поход обеспечить по маковку можно. Еще и полный годовой кошт им да жалованье служилых полков нового строя. А там только солдат в месяц девяносто копеек получает, и в год выходит… — Ирина запнулась.

— Десять рублей восемьдесят копеек, — выдал Иван.

— Эка как у тебя споро-то, — удивилась Ирина, застыв с ножом и куском хлеба, на который мазала масло.

— Ну так. Могу по малости, — скромно улыбнулся Иван.

— Молодец, — одобрительно протянула она. — А теперь еще и прикинь все жалованье того потешного полка.

— Ну, для этого мне надо знать точное число солдат, сержантов, капралов, офицеров, нестроевых да месячное жалованье каждого из них.

— Х-ха. Надо же, клюнула на красивую мордашку и мужеский нрав, а угодила в разумника.

Говоря это, Ирина зарделась от удовольствия. Вот так сразу и не поймешь, за кого испытывает гордость, за себя или своего полюбовника. Нет, правда. У Ивана ведь за плечами прожитые годы, и в людях он, что ни говори, разбирается. А на этот вопрос с уверенностью ответить не мог.

— Годовое содержание такого полка вместе с котлом, мундиром, иным снабжением, учениями и жалованьем казне выливается в тридцать тысяч рублей. Каково?

— Ну, по мне так оно того стоит, — ответил Иван. — Хотя бы потому, что на выходе цесаревич обзаводится сподвижниками. Храни Господь царя-батюшку, но ить все мы не вечны.

— Вот и братец так же говорит, — вздохнула Ирина. — Да только где на это все средства сыскать. Хорошо тем же шведам, у которых серебряные рудники доход в казну немалый приносят. А у нас ничего. Кабы было свое серебро, все иначе стало бы.

— Да ерунда это все, — отмахнулся Иван. — Серебра этого на Руси сколь угодно много. Да толку-то от этого мало будет.

— Глупости говоришь.

— С чего бы это?

— Еще Иван Третий пытался изыскать серебро на Руси. Да сыскали лишь малость злата. Только на медальон для его дочери и хватило. Прадед наш, Иван Грозный, тоже искал, и все попусту. Вон и братец каждый год экспедиции шлет, в кои ученые мужи из академии входят, и все без толку.

— То, что они не там ищут, еще ни о чем не говорит, — убежденно возразил Иван. — Если так уж нужно, то я могу найти. Правда, не серебро, а золото, — вдруг подумав о своем, произнес Иван.