И я не шучу — он на пару лет меня младше, а уже четыре жены было.

Одно в этом хорошо, что адвокат внутри не дремлет и со всеми жёнами он разводился быстро и безболезненно. Скажем так… попойки и истерики, что больше он с девками дел не имеет, не в счёт.

И так до следующей шикарной девахи… но тут-то что? Не мог же он увидеть бабу Сэра Гея и мозгами уплыть, что дичь творить начал неконтролируемую, ещё и с фатальными последствиями?

— Царь был стар, но хер стоял… — пробормотал я, доставая мобилу из кармана.

Вова прислал сообщение, конечно. Я ему написал, чтобы подваливал к моей тачке и не стеснялся.

— Так, садись, солнышко мое, — устроил Соню в машине и, наконец, стащил с головы свою футболку.

Она захлопала глазенками, от которых я был в таком восторге. У меня и сейчас грешные мысли появились. Но тут адреналин виноват — херачило норм.

— А они? — выдохнула Соня.

— Так, милая, перед тем, как что-то там себе будешь придумывать, давай-ка расскажи мне вот что — они смотрели записи? Так?

— Да.

— А где записи? У вас там?

— Они их забрали. Флешки все вытащили, Юлия Николаевна очень ругалась. Они её даже припугнули, она еще кричала на них, что ее так просто не взять.

— На записях и их тачки были, правильно?

— Наверное, ну, точнее, да, — держалась Сонечка уже из последних сил.

— Хорошо, — погладил её по голове.

Тут до нас доехал Вова. Она сжалась вся.

— Отставить — это свои, — успокоил девочку.

— Федь? — он слез с мота. Хорошо, что футболку я на себя натянуть успел, а то та еще сценка дебильная получилась бы.

— Вов, это Соня, Соня — это Вова. И теперь, — я выпрямился, — у тебя когда смена?

— Так крайняя вот была, в отпуске я, думал плотно у тебя заступить, — отчитался он.

— Зашибись — вот тебе девочка, ты за неё отвечаешь головой, Вова, а я тебе двойную плачу. Пока отмашку не дам, ты её тень. Понял?

— Понял, — нахмурился Вова, глянул на Соню с сомнением. Видно, что девочка и ему зашла, но что у меня с ней он понятия не имеет, а значит и лезть не будет — не по-пацански, раз, и работу, чтобы не потерять, два.

— Соня, — нагнулся к девочке, собираясь вешать лапшичку на прекрасные ушки очаровательной малышки, — мне очень жаль, что так вышло, но тебя надо спрятать, чтобы ничего плохого больше не случилось, пока мы будем разбираться в сложившейся ситуации. Хорошо?

Она повела головой, шмыгнула носом. А я прям офигел сам с себя — мне сегодня должны уже во стольких номинациях столько премий надавать, что ставить некуда будет.

— Вперед. И домой ни ногой, поняла? — я глянул на Вову. Тот кивнул. Соня была менее уверена в моих указаниях.