— Дерзкий, что ж, хорошо, силы тебе ещё пригодятся.

— Надо забрать наши вещи, — вспомнил я про меч Аластора.

— За ними вернёмся потом, самим бы уцелеть, — заканчивая перевязку, возразил Кержапольский.

— Нет, это единственный шанс выбраться отсюда живыми. Похоже, их тут как грязи, — обвёл я взглядом четыре трупа.

— Ладно, хватаем божественную искру и уходим.

Мы вышли к лестнице, где Нобу деловито обшаривал своих жертв. Те не успели дать отпор прятавшемуся в засаде мечнику. Пара точных ударов и добро пожаловать на тот свет. Это он со своими учениками игрался, разрешая подольше фехтовать, а сейчас никаких поддавков — только чистый рационализм.

Японец забрал второй меч, повесив его в стибренные ножны у левой руки, и отцепил усиленный артефакторный нагрудник. Такой вполне мог спасти от стрелы, прямого попадания обычного меча и выдержать три-четыре заклинания воздуха или земли. Против огня бесполезен. Броня была одна. Я же говорю, какие-то нищие налëтчики попались.

— Наденьте, господин, — протянул он мне защиту.

— Спятил? Себе забери, ты же первым пойдëшь, — отказался я.

— Не хочешь, так я могу надень, — Кержапольский долго не думал.

— Нет, это для Нобу.

— Ты считаешь, его жизней важней моей? — с угрозой произнëс Антон. — Я из нас тут самый ценный

— Ошибаешься. Как ведун тебе говорю. Сейчас даже я ничего не значу. Мы оба ранены и десятой доли не сделаем того, что сделает он.

— Так уж и десятой, — граф с сомнением окинул взглядом мечника. — Хорошо, пусть будет по-твоему.

Что мне нравилось в нём, в противовес большинству чванливым аристократам, так это умение подстраиваться под ситуацию и вовремя усмирять свою гордость. Кержапольский ценил себя выше остальных, но поддавался беспощадному расчёту логики. Главное — правильно доносить свою мысль.

Нобуëси застегнул нагрудник и скользнул вверх по лестнице, мы — на двадцать шагов позади. Бесшумный, как кошка, он крался из подвала на первый этаж. Подав сигнал ждать, японец скрылся за дверью. Его не было минут пять, потом вернувшийся мастер приглашающе махнул рукой.

Нас встретили краснокирпичные стены заброшенного питейного завода. Этот «скелет» доживал свой век в сырости и затхлости. В «допросной» её не ощущалось, но что-то мне подсказывало, возведена она там нелегально. Маги земли нередко промышляли подобными схронами.

Переступив через убитого охранника, мы прошли мимо гигантских, поросших мхом дубовых чанов. На втором ярусе, под провалившейся крышей в щелях торчала солома и плесень — там раньше сушили хмель. Медные перегонные кубы с едва различимой надписью «FOUNDERS — BRISTOL» были покрыты ядовито-зелёной патиной, а внутри, как в аквариумах, таилась затхлая вода — чуть колыхнёшь, и невыносимый запах вылезет щупальцами наружу.