— Так, ладно, сиди тут. Мы оставшееся время поработаем, может, получится что-то ценное найти.

Под ценным я подразумевал целебный порошок стяженя. К сожалению, нам он не попался, но зато мы сделали то, за чем пришли — взяли живого «языка». Он нам и расскажет, как его соплеменники изготавливают столь редкое лекарство.

— Думаешь, до тебя не пытались? — скептично бросил мне Мефодий, когда команда возвращалась в город с полной тележкой вонючих трупов. — Разведчики их чуть ли не под корень извели, слышал я об этой истории, — поделился берсерк, ему в своё время многое пришлось повидать, и он давно крутился в обществе витязей, считай ветеран. — Тут раньше целые племена были, как грибы повсюду, а сейчас вот по одному ловим. И следили за ними, и что только не делали — упрямые, твердолобые, плевать им на боль.

— А мы всё равно попытаемся, — возразил я, но остальная команда не верила в успех.

Авторитет разведчиков и нашего прозорливого правительства, конечно, незыблем, и со своей стороны они честно пытались узнать рецепт всеми доступными методами, но у них не было того, что есть у меня — способности найти нужного для этого дела человека.

Ещë недавно для Потапа Новикова попасть в Межмирье считалось чем-то несбыточным. Никто бы и не подумал его туда звать. Государство ограничено своими рекрутскими схемами и системой отбора кадров. Она объективна, спору нет, но иногда в нас заложены такие способности, о которых мы и не подозреваем.

Всю жизнь делаем одно дело, уверенные, что оно подходит нам, но всевышние силы или само провидение, возможно, готовили нас к другому. Просто мы в какой-то момент заблудились, где-то не поверили в себя или запретили себе мечтать о чём-то ином. Моё предназначение во всём этом — быть проводником, подтолкнуть человека к спрятанным в нём талантам, раскрыть его потенциал.

Для империи выборка происходит в пределах своих каких-то институтов: витязи, военные академии, государственные служащие и т.д. У меня поле выбора — весь мир. Я могу искать эти «детальки» для узких задач эффективней, просеивать человеческий песок «Диктатурой параметров».

Потому я верил — Потап справится. Мы сдали весь груз, кроме спрятанного в мешок живого пленника. Его отвезли на окраину города. Мефодий помог затащить карлика в домик, где нас уже ждал Чжэн. Китаец снял помещение в аренду у какого-то своего знакомого.

В память о моей доброте с исцелением он обещал присмотреть за ходом дела. Мы посадили пароголового на цепь и закрыли подпол.

— Не сбежит?

— Не-а, — отмахнулся Чжэн. — Ты столько заплатил, рус, что сила твоих денежек не даст ему уйти, хе-хе.