Когда я бросил последнюю в собранную кучу и отряхивал руки, услышал хруст веток. Узнав в приближающихся воинах своих ребят, я свистнул им и помахал рукой. Кошевой был на ногах, все остальные тоже целы, замыкал процессию Ермолай, ведя на верёвке пленного.
Когда мы поравнялись, разбойник получил пинок под зад и упал мне в ноги.
— Поймал на отходе, командир ихний, — сплюнув, доложил лесоруб, на лбу у языка красовался большой синяк.
Яр, чуть было не потерявший друга, ударил пленного ногой по лицу, а когда тот, извиваясь, попытался отползти в сторону, наступил ему на шею. Несостоявшийся убийца судорожно вцепился ногтями в сапог. Глядя в его покрасневшее от недостатка воздуха лицо, я подошёл задать вопрос.
— Кто тебя послал?
* * *
Уважаемые читатели, чтобы не потерять книгу, не забудьте добавить еë в библиотеку 📕, а ваши лайки продлевают жизнь циклу ❤️
Глава 20 Препоны
— Убивай, меня всё равно п-повесят, — прохрипел захваченный в плен командир.
Ермолай убрал ногу, перестав его душить, и отошёл на шаг назад. Откашлявшись, витязь посмотрел на меня угрюмо из-под сросшихся бровей, в нём читалась одновременно злость, презрение и вызов. Какой-то малолетний сопляк вздумал ему угрожать, ха! Видали и не таких, помирать так с музыкой и фанфарами.
— Какая мне разница, паря? Идти-то некуда, — он с насмешкой обвёл рукой окружающий лес, кишащий монстрами.
В каком-то роде пленник был прав. Администрация «Синего-16» так и так казнит его за нападение на витязей. Законы Межмирья жестокие, но по-другому цивилизованного общества не построишь. Разбой, убийства, мошенничество, изнасилования карались смертной казнью. Ну а выжить в одиночку без помощи города никак. Если не убьют глипты, то от голода помрёшь.
— Соберите всех убитых в одну кучу вместе с кистями, а ты, Кошевой, беги за повозкой, — приказал я своим молодцам, они переглянулись, но всё же поспешили убраться, перед этим Нобу передал мне стяжень.
Когда витязи ушли, я присел рядом с Мефодием и аккуратно засыпал ему в рот целебный порошок. Сзади что-то зашуршало, и мы вместе с командиром разбойников оглянулись.
— А это ты, вояка, иди сюда, — подозвал я виверна.
Прятавшийся питомец подошёл к туше убитого глипта с чувством собственной важности и, не обращая на меня внимания, приступил к трапезе, вырывая мелкие кусочки мяса из тела монстра. Острые зубки пережёвывали угощение, глоток, снова укус. При этом Иней не спускал с пленного подозрительного взгляда.
— Как знаешь, вредина, — пробормотал я себе под нос и аккуратно положил голову Мефодия на траву, а затем убрал шкатулку в карман. — Значит, ничего не скажешь?