— Это же тот самый поезд, — наконец, до него дошло, что могло издавать такой звук.
Случившееся после он запомнил какими-то урывками и кусками, больше напоминавшими страшный сон.
…Сначала под его ногами ходуном заходила земля, по которой по полю в сторону лагеря побежали глубокие трещины. Он с ужасом глядел, как многометровые трещины запросто режут пашню. После этого дом, за которым до этого прятались красноармейцы, начал окутываться голубоватыми искрящейся сферой. Она напоминала огромный мыльный пузырь, который захватывал все больше и больше пространства. Наконец, пузырь со страшным грохотом лопнул и выпустил наружу здоровенную махину локомотива, изрыгающую клубы пара и дыма.
— А-а-а-а-а-а, — тоненьким голоском заверещал Реймаа, не сводя завороженного взгляда от парящего на высоте двух — трех метров над землей паровоза. — А-а-а-а-а.
В этот момент из передней части локомотива стали исходить яркие лучи света. На полицая сразу же повеяло нестерпимым жаром, от которого начала тлеть надетая на нем шинель и шапка. Он буквально вжался в канаву, но жар не отпускал его.
Вечернее небо окрасилось в нестерпимо красный цвет. По верхушкам деревьям, крышам городских домов начали гулять крошечные молнии. Локомотив же, ставший центром всего этого, продолжал набирать скорость. Исходящие от него лучи хаотично метались, оставляя в местах своего попадания страшные следы. В пашне они чертили глубокие траншее, в домах превращали в каменную жидкость целые стены и крыши, в машинах оставляли огромные проплавленные дыры.
— А-а-а-а-а, — продолжал надрывно кричать Реймаа, смотря в небо выжженными бельмами вместо глаз. — А-а-а-а-а!
Глава 16 В поисках ответов
Дуглас В-3 большой серебряной птицей вынырнул из свинцовых сентябрьских облаков и, завидев длинное пятно военного аэродрома, начал заходить на посадку. Едва его колеса коснулись поля, как из рощи выскочила темная машина с приглушенным светом фар. Проскочив две сотни метров, отделявшие ее от остановившегося самолета, эмка остановилась прямо у трапа и выпустила единственного пассажира — невысокого мужчину в распахнутой командирской шинели с ярко выраженными семитскими чертами лица. Он пригладил черные волосы и подошел к трапу самолета, возле которого его уже ждал вытянувшийся по стойке смирна командир.
— Товарищ член Военного Совета, к взлету гото… — начал было накладывать летчик, но был остановлен взмахом руки пассажира.
— Нет времени, майор. Заводи и поднимай птицу в небо, — устало проговорил Лев Захарович Мехлис, ставя ногу на первую ступеньку трапа. — Мне срочно нужно в Москву.