— Я… Я… — дрожал его голос, деля речь Жданова мало разборчивой и непонятной. — Я потом и кровью все свои ордена… Орден Красного Знамени за финскую… — его лицо еще больше наливалось дурной кровью. — Никогда, слышишь… Никогда не врал… Я по-большевистски, как учил товарищ Ленин… Да, за каждый самолет могу сказать! У меня каждое представление на награду за дело! Слышишь⁈ За каждое могу ответить! Они все здесь, в папке сложены. Ленинградские зенитчики сбили шесть немецких бомберов. Сам лично видел, как это железо из Невы тащили. Лично видел…
Тяжело дыша, он полез в кожаную папку. Пошуршав в ней, Жданов вытащил пачку наградных представлений и шмякнул ею о поверхность стола. Следом на стол положил наградные документы на летчиков Ленинградского фронта генерал-майор Самохин. За ним тоже самое сделал и вице-адмирал Трибуц.
— Так… — многозначительно протянул Жуков, перебирая лежавшие на столе документы. — Зенитчики Ленинграда претендуют на шесть сбитых самолетов, истребители Ленинградского фронта — на четыре, летчики Балтийского флота — на семерых. Получается задокументировано семнадцать уничтоженных бомбардировщиков.
В голосе Жукова ясно послышалось недоумение. Словно не доверяя себе, он еще раз бегло пробежался по бумагам.
— Здесь семнадцать самолетов, — пачка с наградными документами легла на стол. — В бумагах, что пошли в Кремль, сообщается о почти восьмидесяти сбитых бомбардировщиках. Я не пойму, а кто тогда сбил остальные самолеты? Я вас спрашиваю! Что это такое?
Через несколько минут выяснилось, что все присутствующие здесь знали о больших потерях немцев в ходе того авианалета. Правда, каждый из них считал, что большую часть самолетов противника сбил кто-то другой. Моряки думали, что так отличились зенитные подразделения Ленинграда. Зенитчики видели героев в истребителях фронта и флота.
— Ни хрена себе! — Жуков едва сдержался, чтобы не выдать что-нибудь покрепче. — Кто в лес, кто по дрова. Вы тут совсем мышей не ловите… Сегодня же, слышите, сейчас же создать комиссию! Разберитесь со всем этим дерьмом! Кто, мать вашу, здесь сбивает самолеты? За нас ангелы что ли воюют?
Глава 12 Так что же случилось?
Теслин открыл глаза. Прямо над ним висело налитые серым свинцом осенние облака, которые вот-вот должны были разродиться дождем. Он глубоко вздохнул. Чувствовались разные запахи — свежего близкого моря, жженого дерева, скребущего горло озона.
— Хорошо жить, — прошептал он, ощущая странную легкость во всем теле. — Очень легко.
У него ничего не болело. Куда-то ушла боль из суставов, позвоночника. Чувствовалась необычная бодрость. Хотелось двигаться — прыгать, бегать, размахивать руками, дрыгать ногами.