— Ну-ка, попробуем, — Теслин нацедил себе в кружку воды и начал задумчиво прихлебывать. — Хм. Очень даже неплохо. Признаться, я уже давно забыл, какой может быть вкус у преобразованной жидкости.

Вода, обработанная переменным магнитным полем, приобретала необычный аромат, чем-то напоминавший запах озона в воздухе после разрядов молнии. Сильно менялся вкус жидкости, которую хотелось пить и пить.

Он закрыл глаза и откинулся на спинку стула, чувствуя, как по организму расходятся волны свежести. Постепенно уходили усталость и плохое настроение. Благодаря изменению структурной решетки и насыщению катионами вода действовала, как стимулирующее и общеукрепляющее средство.

Теслин сидел и наслаждался эффектом до тех пор, пока не услышал доносящиеся из цеха недовольные крики директора. Он вновь распекал кого-то из рабочих, через слово поминая косорукость провинившегося.

— … Ты куда кувалдой долбишь? Вся клепка в металл ушла, — кричал тот, встав рядом с носом локомотива. — Здесь мягче надо. Абросимов, курья башка, опять твоя бригада чудит! Куда смотришь? Иди сюда! Смотри, как этот субчик, броневой лист крепит. Он же у тебя от сопливого чиха отвалится! Все исправить немедленно! Смотри Абросимов, за этого косорукого с тебя спрошу…

Выждав несколько минут, Николай Михайлович вышел из своей каморки и направился прямо к директору, которого, судя по всему, накрывал очередной приступ мигрени. Мужичок, тяжело дыша, ослабил галстук и начал с силой тереть виски. Думая, что его никто не видит, посеревший Кернес заскрипел зубами от накрывающей его боли. Облокотившись на стенку, он едва держался на ногах.

— Что вы, товарищ Кернес, себя не бережете? — укоризненно произнес Теслин, беря его под руку и ведя в сторону своего кабинета. — Партия и правительство доверили вам ответственный участок, с которым вряд ли справится кто-нибудь другой. Нельзя же себя так запускать, голубчик. Вы, как и я, уже давно не мальчик. Нам нужно беречься… Пройдемте ко мне. Я сейчас вам водички налью. Посидите немного и лучше станет.

Ничего толком не соображающий директор покорно брел за ученым. В комнатке он дал себя усадить на кургузый стул и со смертельно уставшим видом уткнулся в предложенный ему стакан с водой.

— Вода живительная. Такую нигде больше не найдете, — Теслин негромко нахваливал воду. — У меня же кости сильно ломят. Суставы совсем ни к черту. Я этой водичкой только и спасаюсь. Давайте еще плесну…

Конечно, от двух кружек преобразованной воды Кернес не взлетел над столом «добрым молодцем» и не пустился в пляс. Однако, положительные изменения явно были на лицо. Директор уже почти не напоминал покойника. Смертельная бледность медленно уходила, на щеках проступал румянец. Из взгляда куда-то пропала обреченность.