— Так точно, товарищ Теслин, — молодцевато рявкнул молоденький курносый боец, ощетинившись в сторону толпы карабином. — Назад!

Женщины же, отпрянув на несколько шагов обратно, заголосили.

— Что же вы, ироды, бросили нас? Где еще войска? Почто одних оставили? — кричали они, заламывая руки. — Кто нас от немца защитит? Старый Гнат с двухстволкой? Все защитнички сбежали. Первый секретарь даже полюбовницу свою с пианиной не забыл. Нас же, как псов шелудивых, бросили… Детишек хоть заберите, коли нас на поругание оставляете.

К бойцу с карабином вплотную подошел старый дед и, навалившись на него грудью, заорал:

— Паскудники! Германца к Москве пустили! Я в четырнадцатом годе газы глотал, а врага не пущал. Совсем испаганились. На свово винтареем тычешь, — он с яростью замахнулся на курносого часового своей клюкой. — Убью, семя поганое! Убью!

В этот момент из толпы вышел коренастый генерал с до боли знакомым лицом. У Николая Михайловича, узнавшего в нем Георгия Константиновича Жукова, будущего маршала Победы, едва челюсть от удивления не отпала. «Черт побери⁈ Откуда здесь Жуков? Он же совсем один! В город вот-вот войдут немцы. Его же возьмут в плен… Боже, я же своим появлением здесь все поменял». Теслин вспомнил, как Жуков описал свой приезд в Малоярославец в ноябре. Он, только-только назначенный командующим Западным фронтом, с одним водителем колесил возле города в поисках штаба Резервного фронта. На городской площади, где он разговаривал с кем-то из горожан, тогда внезапно появились немцы. Ему же только чудом удалось сбежать от них. «Получается, немцы вот-вот должны появиться… Черт! Черт!».

Ученый, не обращая никакого внимания на что-то говорившего генерала, схватил бинокль и начал внимательно обшаривать взглядом окрестности города. Центр Малоярославца был совершенно пуст. Не было видно даже собак, попрятавшихся в предчувствии беды. Теслин уже было хотел выдохнуть от облегчения, как взгляд его все же наткнулся на врага. Два мотоцикла и следовавший за ними кургузый броневик появились из-за высокой колокольни.

— Замолкли все! — рявкнул в толпу не своим голосом старик. — Пошли прочь с перрона! Немцы в городе! Сейчас бой начнется! Что застыли? Брысь отсюда!

Охнувшие женщины, похватав детей, с визгами начали разбегаться в разные стороны. Через минуту на перроне остался только генерал со своим водителем, тоже с опаской поглядывавшими в сторону городского центра.

— Что за часть? Где штаб Резервного фронта? — хорошо поставленныйбасовитый голос Жукова с легкостью перекрикивал лязг локомотива. — Почему бронепоезд без прикрытия пехоты? Кто вы вообще такой? Где командир бронепоезда? Почему стоите на месте? В город втягиваются части пятьдесят седьмого моторизованного немецкого корпуса. Через несколько минут здесь будет не протолкнуться от немцев…