Кораблик плавно отошел от причала, гид, мужчина арабского вида, начал рассказывать о том, что мы видим и чего не видим. Говорил он по-английски, но имена собственные произносил на утрированно-французском. Похоже, это был его фирменный прием, для пущего артистизма. Работа, её с душой нужно делать.

Я вместе со всеми смотрел налево и направо, вспоминая то Дюма, то Сименона, то Гюго. Начитанность мешала, вымышленные образы не совпадали с реальностью. Не скажу, что реальность была хуже, но тянуло исправить — башню сделать повыше, замок побольше, да и Сену пошире.

Спустя полтора часа экскурсия завершилась. Я обзавелся впечатлениями, исправленными и переработанными. Самое время проверить практикой Версаль.

— Понравилось? — голос тихий, спокойный, не без приятности, но я вздрогнул.

— Полноте, полноте, Петр Иванович. Извиняюсь, что потревожил, но…

Рядом со мной стоял Шеф. Николай Кузнецов. Дядя Коля.

— Всегда готов, — невпопад ответил я. Но оказалось — в яблочко.

— Вы отлично справляетесь, Петр Иванович, просто превосходно. Я, признаюсь, опасался, сможете ли вы действовать в нестандартной обстановке. Все предусмотреть трудно, хотя мы и старались. Крепко надеялись, что все пройдет гладко, но стряслось-таки… Бедные ребята.

— Ребята? Значит, Антон действительно погиб?

— Полиция решила, что принадлежало Шевченко. Запрашивали зубную карту.

— А что с Бойко?

— Мы не смогли найти его следов. Предполагаем худшее — его похитили.

— Но ведь в отеле никто ничего не видел.

— Вероятно, среди работников отеля были сообщники террористов.

Я промолчал.

— Вы тоже не подвели. Сориентировались, не запаниковали, не растерялись.

— Я… Я только выполнял инструкции…

— Знали бы вы, как это важно — хорошо выполнять инструкции. Приказы. Не абы как, а толково, инициативно, с выдумкой.

— Все-таки… Все-таки почему был выбран столь оригинальный способ?

— В мире всегда есть место предательству. Человека можно купить, запугать, перевербовать…

— Получается, среди нас… среди нас был чужой?

— Над этим мы работаем. Не так все просто. Сплелись разные интересы. Но главное, главное — наш «Секач» себя проявил.

— «Секач»?

— Не тот макет, с которым вы выступали, а настоящий. Прошел своего рода госприемку.

— Поздравляю.

— Взаимно. Конечно, в шахматы он не играет, сами понимаете, государственной нужды в электронном шахматисте наша страна не испытывает.

— А в чем испытывает?

— Оборона! Новый чип отлично сработался с нашей военной техникой. Результаты феноменальные! Принято решение о строительстве завода, выделены средства. А вместе с этим оживет вся оборонка. Великое дело, Петр Иванович, великое дело сделали.