— Бросают все дела и спешно валят. Пальнуть?

— Подожди секунд тридцать.

— Ох, какой же ты добрый, прям тошно.

Вампирша оборвала связь.

— Роза, помогай! — велел я и взялся за древко.

Лучше бы перед началом ввести зверю анестетик. Но у нас нет таких запасов, чтобы сработало при его массе. Да и не подействует с его регенерацией. Собственно, она настолько эффективная, что рана почти сомкнулась вокруг древка.

— Будет больно, приятель, — пробормотал я и потянул.

Дриада отрастила корни, которые погрузила в почву. Обвила древко лианами и потянула. Добрыня взревел — натужно и мучительно. Подкинулся, чуть не задел Сэшу копытом, но кошка ловко увернулась. Шондра отступила — ее тоже чуть не задело.

Такого рева джунгли еще не слышали.

Во мне снова проснулось желание открыть фабрику по производству полосатых ковриков. Ну, или хотя бы надрать задницу одной конкретной кошке. Наверняка же это ее происки. Свинтила, организовала своих недобитков и ранила моего рогача!

Оторву хвост заразе!

На этой ноте мы все же выдрали стрелу из бочины трицератопса.

Добрыня еще раз взревел и затих.

— Он живой? — забеспокоилась Шондра.

Ответить я не успел. Трицератопс резко вздохнул и открыл глаза.

И вздрогнул.

Потому что ракетная установка дала залп по цели.

ТЫДЫЩ!

Гигантский арбалет разнесло на миллион обугленных деревяшек и оплавленных деталек. Участок скалы не выдержал и рухнул вниз, сокрушив еще несколько жилых домов.

Война — это бардак. И разрушения множатся, зацепляя тех, кто к ней не причастен.

С точки зрения мирных тойгеров, мы чудовища, разрушившие их дом.

Вот с этой мыслью я и подошел к Добрыне, а тот раскачался и поднялся на ноги. Тряхнул рогатой головой и шумно выдохнул.

— Давайте навестим проигравшую сторону, — сказал я.

Через несколько минут мы въехали в город.

— Кармилла, обеспечь нам хороший прием.

— Я вижу кошаков, они столпились на главной площади перед храмом. Проредить их поголовье?

— Нет, черт возьми! Просто наведи на них турели и ракеты.

Вампирша тяжело вздохнула, но команду выполнила.

Мы двигались по центральной улице, усыпанной камнями. Выглядело поселение угнетающе. И я не мог избавиться от чувства вины. Но его следует засунуть подальше, если мы хотим закончить дело успешно.

Жрица стояла перед ступенями храма в окружении белых тигров.

И почти рычала. Зеленые глаза полыхали ненавистью, а затем…

Грохот осыпающихся камней. Из-под обломков разрушенного дома выбрался Гренадер. Его корпус покрывала пыль, но в кабине я разглядел одного из главарей вольников.

Падальщик. Не сдох, падла!

И сразу же навел турели на толпу тойгеров. Нас он, похоже, не заметил. Ну да, подумаешь? Просто гора в виде рогатого динозавра. Неприметная деталь местности. Контузило его, что ли?