Рядом со мной замерла Вайлет, её аналитические сенсоры, вероятно, уже просчитывали вероятность летального исхода. А за моей спиной тихо ахнула Лия. Я почувствовал, как она напряглась.

Её первое знакомство с моей командой.

Идеальное начало.

Просто великолепное.

Стоило мне сделать шаг в столовую, как Кармилла заметила меня.

В одно мгновение хищное выражение на её лице сменилось маской оскорблённой невинности.

Она отпустила Лексу, которая тут же согнулась пополам, хватая ртом воздух и отчаянно кашляя.

Кармилла же изящно отряхнула руки и посмотрела на меня с таким выражением, будто это она тут жертва, и теперь ждёт, что я немедленно брошусь её утешать и наказывать обидчицу.

Взгляд её так и говорил: «Видишь, капитан, до чего меня доводят? Накажи меня за то, что я сорвалась, пожалуйста, пожёстче!»

Я проигнорировал её молчаливую просьбу.

Лия с широко раскрытыми глазами смотрела на происходящее.

Свечение её кожи стало чуть ярче от удивления.

Особенно её, кажется, смутил наряд Лексы.

— Статистически, вероятность утреннего удушения на борту этого Волота выше на 73%, чем на любом другом транспортном средстве аналогичного класса, — безэмоционально констатировала Вайлет.

— Волк, а это ещё кто? — возмущённо спросила Кармилла, кивнув на Лию, словно это она здесь проблема, а не устроенная сцена.

— Это Лия, — коротко и максимально холодно бросил я. — Она наш новый медик.

— Ясно, — протянула Кармилла и тут же решила оправдаться. — Я напала на неё, потому что она предательница! Она сдала своих подруг, «Птичек удачи», полиции, чтобы выслужиться!

Я потёр переносицу.

— Ничего не желаю слышать.

— Волк, она меня чуть не убила… — прохрипела Лекса. — Я эту дрянь убью…

— Ещё раз повторяю: НИЧЕГО НЕ ЖЕЛАЮ СЛЫШАТЬ.

Я сделал два быстрых шага вперёд. Быстрых — в смысле нечеловечески быстрых.

Всех обдало порывом ветра, волосы всех девушек за столом всколыхнулись.

А Лия ахнула ещё более испуганно.

Прежде чем кто-либо успел отреагировать, мои руки — одна из плоти и крови, другая из холодного металла — вцепились в волосы обеих сучек.

Одна ладонь погрузилась в шёлковые белые пряди Кармиллы, другая — в спутанные каштановые локоны Лексы.

Обе взвизгнули от боли и неожиданности.

— Остальные, — прорычал я, разворачиваясь и таща за собой эту парочку, — знакомьтесь с Лией. А я пока пойду наказывать провинившихся.

Я поволок их по коридору. Они спотыкались, пытались упереться, но против моей силы сделать ничего не могла даже Кармилла.

— Волк, мы не можем брать новых девушек! — протестовала она, семеня рядом. — ДНИ В НЕДЕЛЕ КОНЧИЛИСЬ!