Разумеется, уняться эта клыкастая дрянь не смогла.

— Ох, капитан, — промурлыкала она, наплевав на боль и неудобную позу. — Неужели ты собираешься нас хорошенько оттрахать в целях примирения? Обеих сразу? Какая интересная воспитательная методика!

Я проигнорировал её, только дёрнул за волосы посильнее и ускорил шаг.

Мы остановились напротив двери в её каюту.

Гладкая металлическая поверхность с выгравированным готическим узором. Я ввёл капитанский код, приложил ладонь к панели доступа, и замок пискнул. Дверь с шипением отъехала в сторону.

— Ах! — восторженно выдохнула Кармилла. — Моя каюта! Правильное решение! У меня много интересных игрушек!

Я вошёл внутрь, не обращая внимания на её трёп.

Внутри царил идеальный порядок, приправленный запахом дорогих духов.

Само помещение напоминало будуар. Всюду красный бархат и всяческая помпезность вперемешку с байкерской тематикой.

Я прошёл прямиком в её ванную — всюду хромированные поверхности, всё стильно и дорого. В углу стояла плетёная корзина для белья, наполненная доверху. Я подхватил её.

Вернувшись в каюту, протянул корзину ошарашенной Лексе.

Она тупо уставилась сначала на корзину, потом на меня.

В её голубых глазах читалось полное непонимание.

— Это… это что? — пробормотала она.

— Это твоё наказание, — спокойно объяснил я. — Ты должна выстирать всё это бельё.

— Ах, капитан! Боже, да ты гений! — восхитилась Кармилла, едва не аплодируя.

Лицо полицейской вытянулось.

— ЧТО⁈ Я не буду стирать её… её трусы!

— Милая, ничего страшного! — снова вклинилась вампирша. — Я их регулярно меняю! А тебе пора приучаться к домашнему быту! На службу-то уже не примут!

— Я НЕ БУДУ ЭТО СТИРАТЬ!!! — с надрывом выпалила Лекса.

— Будешь. Вручную, — добавил я, глядя ей прямо в глаза.

Лекса открыла рот, чтобы высказать всё, что она думает обо мне, о Кармилле и об этой ситуации в целом, но вовремя осеклась.

Она увидела холод в моём взгляде и поняла, что дальнейшие пререкания только усугубят ситуацию. Девушка с шумом выдохнула и с отвращением приняла корзину.

— Выстираешь, высушишь, погладишь и всё аккуратно разложишь по местам, — отчеканил я. — Проверю.

Затем развернулся к Кармилле, которая наблюдала за этой сценой с нескрываемым злорадством.

— Для тебя, дорогая, у меня тоже есть наказание.

Её улыбка стала ещё шире.

Я вывел её из каюты, оставив Лексу наедине с горой чужого грязного белья.

Обернувшись, добавил:

— И не вздумай воспользоваться доступом в каюту Кармиллы. Ваша месть закончена.

По её побледневшему лицу я понял, что вложил в голос достаточно стали.

Мы с Кармиллой пошли дальше по коридору.