Гюрза с визгом отскакивает за дерево. Огневик тут же одним взглядом воспламеняет зелье в канистре. Жидкость становится струящимся потоком огня, что вырывается из ёмкости, самовоспламеняясь от его воли. Пламя ударяет в ближайшее дерево, к счастью, это оказывается сухостоем.

— Это «Ожиг»! — ревёт огневик. — Вы не потушите его! Весь Сад сгорит!

Я уже действую. Формирую Тьму‑Воду. Закручиваю из неё кокон вокруг горящего дерева. Не тушу — нет смысла, огневик не соврал, зелье не потушить. Потому просто изолирую. Зелье, правда, интересное, но разберемся позже.

— Что, нахрен, ты делаешь⁈ — испуганно визжит огневик, увидев, как дерево скрылось под коконом из Тьмы‑Воды.

— Изолирую твою игрушку, — бросаю, когда чёрная сфера замыкается, ловит огонь внутрь.

Огневик не успевает понять, что проиграл. Бросаю «Каменный град», и валуны врезаются ему в грудь. Тот отлетает, ломая куст. Я уже формирую спеленовывающее заклинание, но тут снова влезает Гюрза и швыряет пси‑копьё ему в лоб.

— Сдохни, мусор! — визжит пышногрудая телепатка.

— Леди, твою мать! — срываюсь я и, схватив её лианой, откидываю в сторону.

Сам подбегаю к огневику, да только поздно. Психическая структура мозга уже оплавлена. Я вычищаю остатки псионики, чтобы спасти другие участки, но он уже в глубокой коме. Воспоминания безвозвратно потеряны.

— Леди, — мой голос становится спокойным. — И зачем вы это сделали? Он мог бы рассказать, кто их послал. А вы — уничтожили улики.

Гюрза выбирается из кустов, сплёвывая листья. Местами костюм подрался об ветви, обнажив нежную кожу груди. Пожалуй, я перестарался с броском. А впрочем — ран нет, да нехрен творить, что вздумается.

Лицо леди — злое и раздражённое. Алая прядь спадает со лба.

— Он был опасен, король Данила! У него был «Ожиг»! С таким оружием огневик запросто может спалить весь Сад! Я действовала согласно обстоятельствам!

Лакомка подходит ближе. Голос ровный:

— А как вы их обнаружили, леди?

— Просто… я гуляла неподалёку, скакала вдоль опушки, — пожимает плечами Гюрза, немного растерянно. — Вдруг заметила, как эти двое тащат канистру в Сад, ну и проследила за ними. Сомнения не оставалось, что они собираются сделать. Я пыталась их остановить угрозами, а потом пришли вы — и началась драка.

В мыслеканале Лакомка уверенно предполагает:

— Мелиндо, она убила своих подельников, чтобы ты не мог их допросить и выйти на неё.

Отвечаю жене:

— Да, она умно поступила. И у нас нет оснований её хватать и сканировать. Иначе она будет иметь право подать жалобу Багровому Властелину как верная леди.

— Неужели она выйдет сухой из воды, мелиндо? — волнуется моя златовласая жена.