Лагерь был тих, морозный воздух хрустел от малейшего движения. Красивая, бесшумно шагая по снегу, подкрадывается к срубу Ледзора. Дверь оказалась не заперта. Она ловко подцепила её когтистой лапой — и вот уже скользнула внутрь.

На кухне Ледзор, не замечая незваную гостью, увлечённо колдовал над ужином. На столе красовался огромный, аппетитный шмат ветчины — похоже, Одиннадцатипалый собирался устроить себе настоящий пир.

— Хо-хо, мяско-мяско, — довольно пел морхал.

Красивая терпеливо затаилась у порога. Выжидала. Следила, как Ледзор хлопочет, поворачивается к печке, потом уходит за чайником. И в этот самый миг — молнией! — она рванулась вперёд, схватила ветчину и исчезла с добычей за дверью. Ни лёгкого скрипа петель, ни стука лап о пол — ничего.

С куском ветчины в зубах, гордая и довольная, Красивая поспешила к срубу Данилы.

Но, подходя ближе, замедлила шаг. Изнутри доносились необычные звуки — громкие ритмичные стоны, скрип кровати… любопытство одолело её сильнее всякой охотничьей осторожности.

Красивая встала на задние лапы, опёрлась передними о стену и заглянула в окно. И — застыла, распахнув кошачьи глаза.

В комнате Данила вовсю миловался со своей женой — рыжей Настей. Причём Красивая видела не просто нежности. Она видела куда большее: ритмично дергающиеся ягодицы своего спасителя, в такт скрипу кровати и тяжёлым вздохам девушки.

Греются, значит.

Красивая, будучи не просто хищницей, но и весьма понятливой девушкой, действует тихо и деликатно.

Подкравшись к срубу, она тихонько толкает незапертую дверь лапой — ровно настолько, чтобы просунуть внутрь голову. Изнутри всё так же доносится поскрипывание кровати и тяжёлые вздохи, поэтому Красивая действует быстро. Осторожно, стараясь не шуметь, она кладёт на порог свёрток с украденной ветчиной. Потом столь же осторожно притягивает дверь обратно когтем — не хлопая, а просто прикрывая.

Сделав доброе дело, Красивая довольно разворачивается и уходит, мягко и беззвучно ступая по плотному насту. Её полосатые лапы расслабленно несут её вперёд: всё сделано правильно. После такого занятия, как рассказывали ей товарки из Фемискиры, еда усваивается особенно хорошо. Особенно мясо.

В хорошем настроении Красивая решает прогуляться вокруг лагеря. Пусть конунг отдыхает, а она пока осмотрится — вдруг всё-таки попадётся на глаза хоть один пусть и самый жалкий заяц.

* * *

Наконец-то остаюсь с Настей наедине.

Красивая ушла куда-то в лагерь, Змейки поблизости тоже не видно. Наконец-то можно спокойно наверстать упущенное в супружеском долге. Конечно, мои жёны всегда довольны — за их ментальным состоянием я слежу. Но мне-то самому тоже хочется женской близости, а внушать что-то самому себе в этом плане, ну, мягко говоря, странно.