В процессе, сквозь плотно сплетённые тела, улавливаю: Красивая осторожно приближается к срубу, но почти сразу ретируется обратно. Умничка. Деликатностью её точно не обделили.

Мы, надо признать, вовсе не тихие — и я благодарен ей за тактичность.

Спустя какое-то время мы с Настей лежим вдвоём на постели, вполоборота друг к другу, под одним одеялом. Дыхание тёплым паром касается кожи.

Настя тяжело дышит, откинувшись на спину, рыжие волосы разметались по подушке. Щёки алые, глаза блестят. Она счастливо улыбается сквозь усталость. И через пару минут молчания поворачивает голову ко мне:

— Даня, а ты думаешь взяться за то предложение Ауста? — тихо спрашивает жена, голос немного хрипловатый после всех наших «упражнений».

Я лениво потягиваюсь, чувствуя, как ноет приятно натруженное тело, перекатываюсь на бок и раздумываю вслух:

— Пока решаю. С одной стороны, Дамар — ещё та сволочь. И его память телепата мне бы очень пригодилась — там и методы, и знания, и нюансы взаимодействия с зверями, населяющими Багровую Империю. С другой — сейчас он вроде бы от нас отстал. Претензий ко мне не имеет. Но это ведь пока. Стоит только ему снова унюхать что-то для себя выгодное — и он найдёт повод. Захочет — повод всегда найдёт.

Я хмыкаю, задумчиво глядя на тёмные балки потолка. Настя задумывается, легко перебирая пальцами мой локоть. И тут, мягко улыбнувшись, она замечает:

— А может, проверить Дамара — ну, как ты умеешь — и только потом решать?

Я усмехаюсь, оборачиваясь к ней:

— Молодец, Настя. Правильно мыслишь. Я тоже об этом думал. Потому что если просто взять и отказаться от идеи работать с Аустом, мало того, что Дамар, возможно, начнёт к нам цепляться по новому поводу — так ещё и сам Ауст обиду затаит. А потом придётся бодаться сразу с двумя сильнейшими лордами-дроу. Это лишнее. Лучше уж по одному.

Настя обиженно надувается:

— Значит, ты уже думал об проверке, Даня? Блин, а я-то думала, что дала тебе новую идею… А ты уже всё это десять раз обдумал.

Я улыбаюсь и нежно провожу ладонью по её щеке:

— Ну, сложно удивить телепата, у которого мозг работает в ускоренном режиме и оптимизирован совсем не так, как у обычных людей.

Настя улыбается в ответ, но тут через стену — буквально сквозь бревна — бодро проходит Змейка. В одной из её когтистых рук дымится кружка кофе.

— Мазака, кофе! — гортанно объявляет Горгона, гордо вытягивая перед собой угощение.

Настя тут же краснеет до корней волос, торопливо подтягивая простыню повыше, чтобы прикрыть обнажённую грудь.

Змейка, как водится, ничего в этих тонкостях не понимает: она и сама ходит, как есть, без всякого прикрытия. Свободная душа.