— Тебе не стоит подниматься выше второго уровня, — говорю мягко. — Там слишком опасно. Ты мне нужна здесь, а не растаявшая в пылевом слое шестого. Тот Демон был огромным, как гора. И его не победит ни сотня телепатов-Мастеров, ни, возможно, даже Грандмастеров. Тут я загадывать не стану.

В этот момент ментальные щупальца снова ловят движение. На этот раз — в реальности.

— Возвращаемся, — бросаю. — К нам снова птички заглянули.

Подхватив Гепару, резко выныриваю из Астрала. Возвращаюсь в тело — и сразу поднимаюсь. В позвоночнике хрустит, как будто кто-то держал его в заморозке. Я подхожу к костру, смотрю на Красивую, Михаила и Василису:

— Сейчас на нас нападут. Готовьтесь.

Через пару минут из тьмы туннеля вылетает огромная стая глыбников. Причём одна из птиц явно особенная: она крупнее остальных, почти в два человеческих роста, с мощным накопителем— и по ауре ясно, что у неё оранжевый уровень.

Надо же, культивированный зверь. Как у Змейки. Но откуда он здесь? Мерзлотник только про низкоуровневых говорил. Выходит, он сами здесь развился до орнажевого?

Михаил рядом замирает — тоже ошарашен. Но долго разглядывать не приходится — стая атакует, и мы быстро с ней разбираемся.

А вот «оранжевая» птица внезапно бросается к Василисе. Хватает её когтями — и взмывает вверх, к ледяному своду.

— Василиса! — кричит Михаил, но поздно.

Я понимаю: сбить её можно — булыжником, пси-гранатой, клинком Тьмы, чем угодно. Но если ударить, Василиса с такой высоты разобьётся о лёд. Даже стихийный доспех может не выдержать.

Стая быстро закончилась, и у Михаила появляется свободное время, чтобы повинить себя.

— Зачем я только взял её с собой… — шепчет он, в панике хватая себя за голову. — Он же её сожрёт…

— Не думаю, — говорю. — Я не чувствовал от него голода. Эмоции были другие. Неохотничьи.

— В смысле, Данила Степанович?

— Он относится к вашей жене как к самке.

— Чего⁈ — Михаил вытаращился.

— Видимо, она ему понравилась, — пожимаю плечами.

Василиса, конечно, никакая глыбница. Но нос у неё и правда длинноватый, а облегающий лицо шлем с вытянутым забралом добавляет сходства. Профиль — под определённым углом — действительно чем-то напоминает клюв. Хотя эту часть я вслух уже не произношу.

— Есть шанс, что мы её спасём, если поторопимся, — подгоняю наследника Опчикарского действовать.

— Да! Конечно! — Михаил тут же кивает и ускоряется.

Мы продолжаем путь по туннелю. На дороге начинают попадаться странные фигуры — комки снега, словно вылепленные вручную. Сначала я подумал, что это случайность, но затем заметил следы — отпечатки птичьих когтей. Это предупреждения.