Глыбник явно хочет, чтобы мы не шли дальше. Он демонстрирует границу своей территории — за ней нам, очевидно, не поздоровится.

Михаил замедляет шаг.

— Вы не обязаны идти, Данила Степанович, — говорит он, глядя на меня с тревогой. — Традиция инициации главы этого не требует.

— К чёрту традицию. Вы с супругой — мои вассалы, Михаил Семёнович, — отрезаю. — Я обязан вас защитить.

Он только хрипло кивает.

— Спасибо…

Мы выходим ко входу на открытую площадку. Перед нами — ледяная пещера с небольшим озером посередине, где болтыхаются рыбы. На берегу снуют стаи мелких глыбников, суетятся, будто челядь. А на высокой скале «оранжевый» глыбник держит в лапах Василису в её воздушном доспехе.

Он не давит её и не рвёт. Ну прямо сцена из «Короля Льва».

Демонстративно показав стаям Василису, глыбник аккуратно укладывает её в ледяное гнездо, прямо поверх яиц.

Она трясётся, как лист, но жива — доспех выдержал.

— Видите? — говорю я Михаилу по мыслеречи. — Он посадил её, как свою пару. Будто бы она теперь должна вынашивать яйца. Возможно, прежняя самка погибла, и он просто выбрал новую. Сейчас я свяжусь с вашей супругой, не волнуйтесь.

Тут же активирую мыслеречь и выхожу на связь с Василисой:

— Василиса Георгиевна, мы рядом.

— Данила Степанович⁈ Слава богу! — она судорожно крутит шлемом, пытаясь разглядеть меня. — Ради бога, скажите, что мне делать!

— Не двигайтесь. Сейчас будем менять яйца. Я пришлю замену. Просто делайте, как скажу.

— Конечно!!! — она кивает.

Параллельно связываюсь через вассальное кольцо со Вторым — монахом из Южной Обители, вернее, её новым комендантом.

— Срочно достань яйца пингвинов. Штук пять. Больших. Передашь их мне через Ломтика, а взамен примешь другие.

Здесь местность подходящая для обитателей Южного полюса: лёд, озеро, рыба, стабильный минус. Пингвины приживутся. А глыбники признают любого, кто вылупится в их гнезде, так что наших неуклюжих птицев никто принижать не будет. А я, в свою очередь, получу яйца глыбников, которых смогу вырастить как своих. Эти ледокрылые пташки ментально не приручаются, зато у них, как у уток: кого первым в жизни увидел — тот и мама.

Второй долго искал гнёзда пингвинов — где-то пару часов. Мы за это время успели прогуляться по округе. Но наконец поиски увенчались успехом. Через Ломтика я подаю Василисе пингвиньи яйца, а взамен она передаёт мне яйца глыбников, аккуратно подкладывая под себя подмену.

Убивать «оранжевого» я не собираюсь — сам факт того, что он здесь смог стать высокоранговым, — нонсенс. Это нужно изучить. Вдруг и другие глыбники могут культивироваться взаперти, если создать условия?