На пороге детской появляется гвардеец, приветственно прижимая кулак к груди:

— Ваше Высочество, леди Масаса прибыла.

— Проводите её в гостиную. И скажите Элире, пусть несёт туда подарок — специально для леди Масасы, — велит Лакомка и сама двигается в сторону гостиной.

Одновременно туда проводят и Масасу, а у дверей появляется и помощница Лакомки с двумя рабочими — в руках у них аккуратно упакованные саженцы яблонь. Те самые, что Данила когда-то пообещал Масасе.

Лакомка указывает гостье на подарок:

— Вот ваши саженцы, леди, — говорит графиня Российского Царства и королева Золотого Полдня.

Масаса смотрит, как рабочие ставят горшки с саженцами у стены.

— Спасибо. А где конунг Данила?

— Уехал в столицу нашего Царства. Дела государственной важности, — с улыбкой отвечает Лакомка. — Кстати, у вас очень милое платье.

Масаса почему-то недовольно хмурится, как кошка, которую обломали с миской молока. Поправляет ворот платья — обтягивающего, подчёркивающего каждую деталь её пышной фигуры. Не то с глубоким декольте, конечно, что она носила в Южной Обители, но всё же.

— Да просто… мантии в стирке, — грустно бросает Масаса. — Надела первое, что было под рукой.

— Вам есть где посадить яблони? — невинно осведомляется Лакомка.

— Разумеется. У меня большое поместье размером с целый остров, между прочим. Я не какая-нибудь бродяжка, — неожиданно резко бросает магиня и тут же осекается, поняв, что перегнула.

— Леди Масаса, я ни в коем случае не ставлю под сомнение возможности члена Организации, — отвечает Лакомка с мягкой учтивостью.

— Да, конечно, — смущенно соглашается магиня, извиняющимся тоном добавляет. — А вы с конунгом Данилой ко мне как-нибудь загляните, — предлагает Масаса, затем пожимает плечами: — Правда, я редко бываю дома.

— Тогда вы к нам снова заходите, — откликается Лакомка. — Для вас всегда найдётся лишняя чашка чая.

— Сейчас у меня миссия в соседнем мире, — признаётся Масаса. — Там — нашествие адских дикобразов. Дальние родственники уисосиков, и тоже опасные твари. Но если выберусь живой — загляну. Надеюсь, застану конунга Данилу в этот раз! — с какой-то яростью добавляет она, встряхнув шоколадными кудрями.

Лакомка улыбается чуть шире. Её забавляет, насколько разную реакцию её мелиндо вызывает у женщин — от восторга до гнева:

— Конечно, леди. Данила Степанович будет рад попить с вами чай.

* * *

— Вовремя мы заглянули, — улыбаюсь я, прячась вместе с Красивой, Гепарой и Михаилом за зазубренным выступом.

Внизу, у второго выхода из пещеры, кипит бой. Пернатые глыбники рвутся в воздух, стаей нападая на незваных гостей. Оранжевый, как вожак, мчится первым. Он ныряет к проходу, бросается с клекотом — и сталкивается с лавиной врагов.