— Эй, когда ты успела! — только сейчас замечаю, что пышногрудая блондинка сидит на моих коленях и улыбается. Эта девушка, несмотря на выдающиеся формы, поразительно бесшумная и невесомая. Подозреваю, она даже способна ходить по воде. Ну или, как минимум, по снегу уж точно, лишь оставляя небольшие отпечатки.

— Тогда же, когда Даня задумался и перестал замечать меня, — надувает губки альва и ласково гладит мою руку. Очень трепетно и нежно. В душе и теле сразу же разливается приятное тепло. Еще одна особенность альвы — ее касания по-настоящему волшебные. Легкими поглаживаниями она способна возвращать человеку бодрость и тонус.

— О чем ты?

— В последние дни ты в разъездах, — замечает она.

— Думаю, тебе некогда было скучать, — усмехаюсь. — Степан, сказал, что ты знатно поохотилась в эти дни. Всех зверей словила по округе.

— Потому и охотилась, потому что скучала, Даня, — обнимает меня девушка.

Ох, сложно не сорваться рядом с этим чудом. А как по-другому? У нее лицо ребенка и фигура…не знаю, богини? Но я держусь-держусь-держусь…

Звонок в дверь.

— Лена! — радостно взвизгнув, альва бежит открывать, а я улыбаюсь ей вслед. Какие триста лет? Да здесь нет и восемнадцати.

Обратно альва возвращается, держась за руку с Леной. Моя девушка страстно целует меня в губы, мы немного общаемся о всяком-разном, после чего две подруги уезжают в торговый центр.

Только за окном раздается визг покрышек Лениной машины, в комнату заходит моя мама с тарелкой нарезанных фруктов.

— Сынок, перекус, — ставит она вкусности на журнальный столик.

— Мм, а с сахаром ничего нет? — расстроенно беру дольку мандарина и закидываю в рот.

— Витамины также надо кушать, — строго говорит Ирина.

— Хорошо-хорошо, — со вздохом принимаюсь за порезанное яблоко. — Кстати, мама, я хотел с тобой поговорить.

— О чем же?

— О моем отце, — спокойно отвечаю.

Ирина вздрагивает и едва ли не подпрыгивает на месте.

— О твоем…отце⁈ — переспрашивает она почти с ужасом. — Зачем говорить об этом сейчас?

— Мама, за Филиновыми уже давно не охотятся, — замечаю. — Тебе больше нечего бояться. За мной не придет Царская Охранка. Успокойся и сядь.

Женщина вытягивается лицом, затем послушно садится на диван напротив.

— Откуда ты узнал? — тихо спрашивает.

— Она дворянка увидела во мне характерные черты лица Филиновых. Тогда я и понял, — не раскрываю всей правды.

— Ясно, — кивает женщина. — Правда, раньше Филиновых было много, в высшем свете часто появлялись их женщины и мужчины. Если бы ты не поднялся так высоко, то никогда бы не узнал.

— И меня бы никогда не заинтересовало кто мой отец, — соглашаюсь. — Но реальность такова, что люди вокруг узнают во мне тех, о ком я без понятия. Так кто же мой отец, мама?