Подумав, делаю пару добрых глотков. Дар Пустоты легко гасит некротический яд, а в животе пойло отдаётся жаром.

Судя по вкусу и запаху, так тут сохраняют пищевую органику в условиях Прорыва — пропитывают её некротикой, а потом, с помощью артефактов, быстро снимают заражение, успевая съесть, пока еда не отрастила себе ноги, хвост и дурные привычки кусаться и убегать. В целом, надо признать, довольно практично.

Оранж, вернее, торчащая голова из песка, орёт так, будто его расплавляют заживо:

— Филинов! Вытащи меня!

— Сам выбирайся, — лениво отвечаю, даже не оборачиваясь.

Он рявкает и матерится, но я не обращаю внимания. Демон почти помер, а значит, песок потерял магические свойства и теперь — просто грязь. Вот пусть сам и разгребает.

Не жалеючи брызгаю из фляги на бок затихшему глинянорожему, и он тут же признательно визжит от боли. Слегка наклонившись, смотрю прямо в его мутнеющие глаза и спокойно спрашиваю:

— Хай. Где ваши остальные? Много их вообще?

Он сипит, захлёбывается стоном, голос срывается на хрип:

— Немного… на грубзе волочатся…

— Грубз? Это что? — уточняю.

— Ездим на нём… — выдыхает он, едва ворочая языком.

— Хорошо, спасибо, — киваю и щедро выливаю остаток фляги ему прямо в морду. Демонюга судорожно дёргается, выгибается, потом начинает стремительно распадаться, пока не превращается в кучу вонючего навоза. Пустую флягу убираю в теневой портал — пригодится. Она сама по себе и есть артефакт, блокирующий некротику. Вернее, вся ценность в крышке: убираешь подложку — и можно пить прямо как из напёрстка очищенное от некротики содержимое.

Тем временем Оранж, с громким сопением и обильным ворчанием, наконец-то выкарабкивается из песка. Вид у него такой, будто он в любую секунду готов рухнуть плашмя. Лететь он в таком состоянии явно не сможет — и моя недавняя шутка про то, что придётся тащить его волком, уже перестаёт казаться шуткой. Если бы не тот заговор его домочадцев, которые, как я знаю, поджидают нас впереди, я бы без колебаний оставил его здесь и пошёл своей дорогой. Но для того чтобы мой план сработал в полном объёме, вместо того чтобы спокойно устроить себе охоту на скорость, мне придётся возиться с этим уставшим и вымотанным летуном.

— Идём, лорд, — бросаю я, даже не поворачиваясь, чтобы убедиться, послушается он или нет.

Мы двигаемся вперёд медленно, шаг за шагом, и вскоре впереди, на равнине, виднеется идущий грубз — массивное демоническое животное с толстой, бугристой кожей, напоминающее слона, но с плоской, как настил, спиной, явно предназначенной для перевозки грузов и пассажиров. За ним, на цепи, волочится костяная клетка на колёсах, битком набитая кем-то.