— Кто?

— Поделка, искусственный Демон.

— На Демона не смахивает что-то, — поглядываю на выпуклый зад послушно топающей вперёд отброшки.

— Да потому что она создана богом удовольствий Животом для разврата. Она безобидная.

— Тогда зачем убивать?

— Ну-у-у… она же Демон, — Оранж встряхивает головой. — Слушай, не усложняй, Филинов. У нас так принято: увидел Демона — убей.

— Ну, это у вас, — отмахиваюсь. — А у меня принято сначала головой думать и не страдать всякой хренью вроде предрассудков.

За спиной слышится тяжёлое, хриплое дыхание Оранжа, а впереди, покачивая кормой, идёт отброшка. Походка от бедра у неё явно вшита под коркой. Справа, за грядой валунов, словно на ладони, открывается вид с обрыва на заброшенный город. Когда-то, в те времена, когда херувимы возводили мегаполисы, Сторожевой город и близко не мог сравниться с таким масштабом. Передо мной высится целая россыпь разрушенных гигантских дворцов, почерневших от времени и покрытых зарослями, а один из них с высокой башней сразу бросается в глаза — он полностью очищен от растительности, окна частично целы, фасад кое-где выглядит ухоженным, будто в здании до сих пор кто-то живёт.

Сзади раздаётся резкий, грубый демонский вопль:

— Эй! Почему нашу отброшку ты тащишь⁈

Не поворачиваясь, взмахиваю одной рукой, затем толстый демон с хитиновым панцирем оказывается нашпигован псионическими клинками. С хриплым воплем он заваливается на бок, а в следующую секунду его просто разрывает на куски, которые, ударяясь о землю, превращаются в дохлых скарабеев.

Смотрю на следующего Демона, который уже начал пятиться, и спрашиваю спокойно:

— Так чья отброшка?

— Твоя… — успевает он выдавить, глупо и испуганно закивав, но закончить фразу не успевает — я убиваю его псионическим ударом.

— Эй, третий, — поворачиваюсь к ещё одному, последнему из этой банды. — Сколько вас всего?

Эх, бесит, что я не умею читать мысли этих тварей напрямую. Приходится вытаскивать правду из них пытками и страхом.

— Нас всего… — начинает он, но вдруг запинается и выдаёт: — Да ты уже всех нас убил.

— Я не умею читать Демонов, но я не дебил. Как минимум ты еще живой, — отвечаю холодно и тут же ошпариваю псионикой. Рогатая тварь падает на камни, распластавшись.

— Соврёшь — убью. Где он? — прищуриваюсь, глядя в глаза ему.

— Щас… щас скажу, — тянет он, и я ясно вижу, как напрягается его энергосетка, готовясь к броску.

Мгновенно стираю его в порошок психической волной. Стоит заметить, что Демоны очень уязвимы для различных ментальных ударов. Потому я и крушу их своим основным Даром. Теми же теневыми клинками замучаешься их фаршировать, да и больше энергии уйдёт.