Как раз в зал возвращается Владислав. Он не спешит занять место, а, встав, сразу берёт слово и сообщает:

— Есть новости от Вещих-Филиновых.

— Это они звонили? — сразу оживляется Царь. — Данила?

Владислав качает головой:

— Нет. Его супруга, королева Камила.

Камила, Камила… Когда-то провинциальная барышня из дремучего Будовска, а теперь межмировая королева, чей звонок заставляет начальника всеправной Охранки подскочить и бежать с царского совещания. Мда, а влияние Данилы на Царство уже огромное.

— Так какие новости? — Царь в нетерпении.

Владислав будто намеренно делает паузу, чтобы ещё сильнее огорошить:

— Данила нашёл Эльдорадо.

Кирилл фыркает, не скрывая скепсиса:

— Тоже мне новости! Что тут такого? Этих «Эльдорадо» — полная столица. Хочешь, выйди из Кремля на Тверскую, и на первом же перекрёстке увидишь магазин бытовой электроники.

Владислав смотрит на великого князя как на болвана:

— Братишка, речь вовсе не о сети магазинов князя Брутиславского.

Кирилл приподнимает брови, тон его меняется:

— Э-э-э… Ты хочешь сказать, Филинов нашёл то самое Эльдорадо?

— Для начала я поправлю тебя, братишка: Его Величество Вещий-Филинов. В остальном всё верно. Король Данила нашёл Эльдорадо в Новом Свете.

Львовы притихли все разом. Царь Борис медленно выдыхает:

— Как ему это удалось? Мы столько поколений искали Золотой город. Снаряжали экспедиции одну за другой, теряли людей и ресурсы — и всё впустую.

Владислав пожимает плечами:

— Ее Величество Камила сказала, что это как-то связано с брачными обязательствами какого-то обезьяна… но вдаваться в подробности не стала. Сказала лишь, что король Данила сам потом всё объяснит, если сочтет нужным.

Царь Борис кивает, принимая услышанное. Он ощутил, как гигантская жаба, а, что его душит, согнана напрочь. Тут уже и о своих интересах можно подумать всласть.

— Ну что, родичи? Кому там вторую «драконью шкуру» подавай? — триумфальным взором он обводит всех, особенно Кирилла и Константина. — А, может, вам разжевать сказанное? Так извольте! Раз Данила нам сообщил о своей находке, значит, неспроста. Значит, он готов делиться со мной тем, что сможет раздобыть в Эльдорадо. Иначе бы он просто молча работал на себя.

Он снова смотрит на зависших Константина и Кирилла:

— Ну что, торгаши, замолчали? — с усмешкой спрашивает Царь. — Довольны вы такой платой за лояльность будущего Консула?

Константин хмыкает:

— Боря, ты нас всё торгашами обзываешь, а сам светишься, как ночник.

— Ты следи, как с Царём разговариваешь, Костя, — отвечает царь Борис беззлобно, даже с лёгким удовлетворением.