Размысл тут же вставляет своё слово:

— Багровый Властелин выбыл из игры? И с кем же так бурно дерётся Древний Кузнец? — кивает он на последствия в виде просевших плато.

Масаса раздражённо бросает, совершенно не разделяя его удивления:

— Понятно с кем.

Размысл кривит губы скептически:

— Опять с Филиновым? Что-то долго он держится… даже слишком долго против полубога.

Норомос фыркает, почесав широкую мохнатую шею, будто оценивая ситуацию не умом, а звериным чутьём:

— А я не удивлён. Вернее… не сильно удивлён. Король Данила — тот ещё самородок.

Размысл бросает недовольный взгляд — ему, как менталисту, неприятно, что хвалят другого менталиста, да ещё такого, что раз за разом устраивает хаос в сводках Организации:

— Если Древний Кузнец остался один, то Багровый Властелин уже запечатан в Фантомную Зону. Значит, надо хватать его, ну и Древнего Кузнеца, конечно, лучше бы добить. Хотя, возможно, Филинов его ещё чуть-чуть ослабит. Было бы удобно.

— Как цинично, — буркнула Масаса, всё ещё окончательно не определившись, какое решение ей стоит принять в этой слишком быстро меняющейся обстановке.

И именно в этот момент земля под ногами гулко содрогается — так, словно глубоко под поверхностью гигант выдохнул раскалённый воздух. Вибрация пробегает по камню, и Спутник с Размыслом Организаторов автоматически хватаются за защитные амулеты, а Масаса накрывается защитным доспехом.

Из тумана проступает огромная фигура — силуэт Спрутика. Теневой гигант распластывает щупальца над равниной, будто заслоняя собой всё небо. Он выныривает из белёсой пелены как вызванный кошмар, материализовавшийся точно по чьему-то приказу.

На его тёмной округлой макушке сидят Габриэлла из Дома Лунокрылых и три жёны Вещего-Филинова, укрытые массивными щупальцами от ветра и падения камней. Контраст между чудовищной тенью и тем, как бережно он держит пассажиров, бросается в глаза каждому из присутствующих.

Приблизившись к Организаторам, Спрутик невероятно аккуратно, почти трепетно опускает жён конунга Данилы на землю. А Габриэлла сама плавно слетает вниз, расправив золотые крылья.

Организаторы напрягаются почти одновременно — как по команде. И дело не только в Спрутике.

Потому что к ним во всю прыть несётся огромный Пёс — тот самый, про которого ходят легенды. Он подбегает, радостно свесив язык, и с разбегу бросается к только что обернувшейся в девушку рыжей волчице, зализывая её с таким восторженным визгом, будто неделю ждал этой встречи.

— Хороший мальчик, — смеётся Анастасия Вещая-Филинова, та самая девушка-рыжая волчица, совершенно не смущённая тем, что опаснейшая тварь от радости едва не сбила её с ног.