* * *

Затаившись на крыше, я решил выждать. Как дальше станут развиваться события — неизвестно, когда я пойму, что догадки верны, то начну спускаться, попробую это сделать через штатный вход, либо полезу по стенам. Вниз спуститься проще, чем влезть наверх, к тому же, здание большое, и везде могут подстерегать неожиданности со стороны врагов. У меня, конечно, имелось небольшое преимущество: я лучше знал особенности постройки, но на стороне бандитов была их многочисленность.

Поколебавшись, я решил оставить дробовик на крыше, а с собой взять оба револьвера и карабин. К дробовику патронов осталось мало, перезаряжать его в спешке проблематично, да и таскать с собой три патронташа и два ружья слишком неудобно. Но сделать это позже, в подходящем месте.

Свесившись с крыши, я стал осторожно всматриваться в лежащие тени, пытаясь уловить движение. Ничего не увидев, аккуратно перебрался на другую сторону, и здесь краем глаза, наконец, уловил какое-то шевеление. Подхватив дробовик, я выстрелили дуплетом, от отдачи меня откинуло назад, что возможно меня и спасло.

Меня тоже высматривали, а увидев, открыли ответный револьверный огонь. Пули зацокали по крыше, уносясь прочь, подобно гигантским шмелям, гудя на разные лады и повизгивая в воздухе, как нетерпеливые адские собачонки…

Я откатился в сторону, лёжа на боку, переломил стволы и загрузил в обе дыры по патрону, защёлкнул и бросил дробовик лежать на крыше. Здесь же оставил и патронташ к нему.

Прижимаясь к крыше, практически по-пластунски переместился к входу. Встал, определил за спину карабин, перехватил оба револьвера и, схватив стоящую недалеко вазу, кинул её в люк на второй этаж. Ударившись об пол, ваза разбилась, грянул выстрел, и я тут же открыл огонь с двух рук, и попал. В кого — не знаю, но лезть следом не стал, надеюсь, что убил.

В револьверах оставалось ещё по три патрона, и я решил прорываться вниз по противоположному торцу, там, как раз спускаться было удобнее всего. Добежав до края крыши, я увидел, как показалась чья-то голова в широкополой шляпе. Человек уже успел почти выбраться на крышу, когда я заметил его.

— Мужик, ты не прав, — сказал я негромко и прицелился. — Это моя крыша, и я её охраняю, прощай, амигос! — револьвер басовито рявкнул, сталкивая пробитое пулей тело вниз, а дальше события закрутились быстрее, удивив неожиданностью.

Обернувшись, я заметил, как на крышу буквально выпрыгнул человек и одновременно с ним прозвучал выстрел с левого края крыши, потом ещё один, но не в меня. Я не успел отреагировать на появление новых противников, и пуля, посланная в меня, пронеслась совсем рядом с шеей, сорвав клочок кожи. Сразу обильно потекла кровь, заливая рубаху.