— В вас хотел перевоплотиться, госпожа? — переспросил Савелий. — Это что у вас, игры тут какие-то… пошлые?

О, Великий Ткач, о чём этот слуга вообще подумал! Не хочу даже представлять, какое объяснение происходящему родилось у него голове.

— Да нет же! — Никита уже начал злиться. — Ничего пошлого, хотя это и вообще не ваше дело! Я встречаюсь с госпожой Фетисовой, и всё пошлое делаю только я!

Рука-лицо. Никита, ты бы в голове сначала эту фразу прокрутил…

— Зачем вы меня звали, госпожа? — Савелий решил, что с него тоже на сегодня хватит.

— Нам нужно твоё разрешение на перевоплощение в тебя, — ответила Маргарита. — Иначе возникнут побочные эффекты. Тебе это ничем не грозит, просто громко скажи, что разрешаешь принимать свой облик.

— Точно не грозит, госпожа? — у слуги явно родился какой-то хитрый план. — Тянет на премию, так-то.

А Фетисова явно разбаловала своих слуг после смерти своего мужа. Этот Савелий очень уж быстро смекнул свою выгоду.

— Премии не будет, — сказал я, пока Маргарита не успела согласиться. — Но вот если мы не получим согласия — то я в этом облике могу многих дел наделать. А виноват потом будешь ты, ничего не докажешь.

Жёстко, но слишком уж наглым тоном говорил Савелий. Нельзя это оставлять безнаказанным.

— Понял! — вскинул он руки. — Я даю своё разрешение на становление мною.

— Можешь идти, — недовольно сказал Никита. — И только попробуй кому-нибудь это рассказать! Маргарита тебя уволит сразу же!

Тот кивнул и поспешил скрыться за дверью.

— Зря вы так, — покачала головой Фетисова. — Не собираюсь я его увольнять.

— С такими людьми так и надо, — ответил я. — Иначе быстро на шею садятся.

Разрешение было получено, и оставалось подождать два часа, пока я не вернусь в свой прежний облик.

— Хорошо, что это был волос слуги, а не случайного прохожего, — заметил я. — Маргарита, завтра, когда буду собираться в центр, выдернешь волос из головы. А не возьмёшь с одежды.

— Хорошо, — пристыженно кивнула она. — Прости, Константин. Зато мы убедились, что зелье работает.

— И одежду тоже меняет, — Никиту этот вопрос волновал больше всего. — Значит, переодеваться тебе не придётся.

— Я могу захотеть в туалет, — не удержавшись, пошутил я.

— Не надо! — испугался тот.

А он ревнивый. Я усмехнулся, и снова решил рассмотреть себя в зеркало. Сходство неотличимое. Одежда видимо меняется на ту, какой была у хозяина волоса в момент его отдачи.

Каждая морщинка, родинка, волос — всё было, как и у настоящего Савелия.

— Пока мы ждём твоего обратного перевоплощения, надо кое-что ещё обговорить, — вдруг произнесла Фетисова.