Они всё делают правильно.
* * *
На следующий день я как следует выспался, переделал накопившиеся домашние дела, а затем надел арендованный костюм, взял Клочка и отправился к Насте. Мы договорились добираться до особняка Кантемирова вместе, как и положено.
Девушка впустила меня в квартиру, а сама попросила «пять минуточек», лихорадочно собираясь. Мельком успел заметить, что выглядела она просто великолепно.
— Снова запахло крысячиной, — мяукнул Рыжик. — Вы вообще не разлучаетесь, братья-кролики?
— Не твоё дело, — тут же высунулся Клочок. — Сам-то дома будешь сидеть, а я бал увижу!
— Что ты там увидишь, из кармана-то, — фыркнул Рыжик. — Только музыку услышишь и всё.
И снова они цапаются. Может, проблема ещё в том, что один из них крыс, а другой кот, и они в принципе не могут подружиться? Вполне вероятно.
Настя, наконец, собралась, и предстала передо мной в полном великолепии. Пышное платье, красивая причёска, глубокий вырез декольте. Всё как надо.
— А ты правда возьмёшь с собой Клочка? — удивлённо спросила она. — Или он всегда с тобой?
— Чаще всего со мной, — кивнул я. — Нам так привычнее. Прекрасно выглядишь!
— Спасибо, — улыбнулась девушка. — Тогда поехали.
На такси мы добрались до особняка Кантемирова. На улице возле входа успела собраться небольшая толпа.
— Сейчас я выбью у вас все зубы! — услышал я чей-то гневный крик.
Стоп, так это же мой отец!
Глава 8
Приём ещё не успел начаться, а мой отец уже во что-то вляпался!
Я поспешил к толпе. Туда же уже подошли гвардейцы.
— Повторите, что вы сказали! — бесновался мой отец. — Вы расстанетесь с жизнью, обещаю. Да за такое…
Мужчина, к которому он обращался, невозмутимо стоял напротив, опираясь на трость. Скорее, для образа, а не из-за необходимости. Я отметил его дорогой костюм и дорогие часы на руке.
— Не понимаю, как таких вообще приглашают на приёмы, — поджал он губы.
— Что здесь происходит? — громко спросил я.
Все взгляды тут же обратились на меня.
— Костя, — первым опомнился отец. — Ничего, я просто… Этот мужчина, он сказал…
Вся уверенность родителя куда-то улетучилась.
— Я сказал, что нужно выбирать одежду, когда идёшь на приём к уважаемому барону, — второй мужчина выглядел невозмутимым и чрезвычайно гордым. — И я от своих слов не отказываюсь. Платье спутницы этого недотёпы… Недотягивает.
Он указал рукой на мою мать. Стоп, на ней действительно всё то же старое платье, что было и на балу-маскараде. Почему? Я же высылал им солидную сумму денег на это дело?
Так, с этим в любом случае разберусь позже.
— Какое бы платье не было у моей матери, оскорблять её вслух вы не имели права, — заметил я. — За такое вызывают на дуэли. Так что вам немедленное следует извиниться, ваше мнение здесь никого не интересует.