И снова он это сделал. Контрольное убеждение, чтобы я точно в это поверил. Интересно…

— Принимается, — пожал я плечами.

Потом с ним разберусь. За обычное слабительное его не осудить. Но зато репутацию он себе подпортил.

— Так, раз во всём разобрались, вечер, к сожалению, закончен, — объявил Кантемиров. — Мне нужно разрулить сложившуюся ситуацию. Всем спасибо, что пришли.

У гостей самих уже не было особого желания веселиться, так что барон снова всё сделал правильно.

— Вы дальше разберётесь без меня? — спросил я у него.

— Конечно, — кивнул он. — Вы и так много сделали, разложили нам всё по полочкам. Увидимся в среду.

Они с Филимоновым отправились в комнату, куда уже гвардейцы увели Аллу и её любовника. Потом узнаю, какое наказание им светит. А я подошёл к Насте.

— Даже не думала, что буду отвлекать своим декольте такого опасного преступника, — удивлённо произнесла она. — Чего только в семьях аристократов не бывает!

— Это точно, — усмехнулся я. — Не зря все аристократы кажутся мне змеями.

«А мне — собаками бродячими» — мысленно согласился со мной Клочок.

Я нашёл родителей, и проводил их до такси.

— Несмотря на такое необычное завершение, вечер прошёл неплохо, — заявил мне отец. — Даже удалось пообщаться с парой уважаемых господ.

— Рад за вас, — кивнул я. — Проблему с кредитом я решу, не беспокойся. Поезжайте домой, отдыхать.

Второе такси я вызвал для нас с Настей, и мы поехали до её дома.

— Может, зайдёшь? — на пороге спросила она. — Мне надо… Шкаф починить. А Клочок пока поругается с Рыжиком, в другой комнате.

— Хозяин, какой ещё шкаф? — возмущённо достал мордочку крыс. — Ты же врач, а не строитель!

— Не волнуйся, до шкафа мы не дойдём, — усмехнулся я. — Так что давай заглянем, раз приглашают.

В итоге домой мы попали снова ближе к часу ночи. Клочок ещё полез что-то искать в интернете, а я сразу отправился спать.

Утром крыс остался дома, решать свои дела по подготовке к ритуалу. Я же отправился на работу в клинику.

В ординаторской сидел необычайно бодрый Шуклин.

— Доброе утро, — поздоровался с ним я. — С возвращением!

— И больше я туда не пойду, — замотал он головой. — Мне никто не верит, но этот патологоанатом и правда странный!

— Что-то ещё произошло? — его поведение на лекции показалось и мне не совсем нормальным, поэтому я более внимательно прислушался к словам Шуклина.

— Он что-то говорил трупам! — воскликнул Павел. — Я клянусь, Костя, он что-то шептал. Что-то ласковое, как мне показалось.

Шептал что-то ласковое трупам? Довольно необычно. И вряд ли Шуклин это придумывает. Если до этого можно было подумать, что он просто хочет слинять из морга, то теперь-то его отработка там закончилась.