— Температура окружающей среды, — сказал Санек, приглушив внешние динамики до уровня обычного голоса. — Двадцать девять градусов. И нет, такого ты не видела.

Он подавил желание покрасоваться: врубить прыжковые дюзы и махнуть на сотню метров в небо.

Сдержался. Какая может быть маскировка при врубленных движках.

Кстати о маскировке…

Санек активировал режим…

— Ой!

Конечно «ой», когда исполин в два с половиной метра высотой внезапно пропадает.

Принцесса протянула руку… И рука тоже пропала. Хотя изображение того, что находилось позади скафа, теперь самую малость подрагивало.

— Ты здесь! Как это?

— Я же сказал: такого ты не видела.

Санек отключил маскировку и, отпрыгнув назад, выпустил на свободу клинки. И вошел в боевой режим. Конечно, в «шкуре» все ощущалось послабее, чем без, зато скорость заметно прирастала.

Когда он остановился, то понял: да, он ее впечатлил.

— Так ты убил шамана?

— Нет, — Санек присел на корточки. Неудобно разговаривать, когда глядишь в макушку собеседницы. — Шамана я убил без него.

И наконец перешел к теме, которая его интересовала.

— Скажи, Жека, эти люди… солдаты, которые приехали, им можно доверять?

— Пока я рядом — безусловно! — Принцесса протянула руку, чтобы коснуться лица Санька, и ее пальцы уперлись в бронестекло.

Здесь, в тени, где не было бликов, его почти не разглядеть. А все, что проецирует визор, возникает не на нем, а прямо в сознании Санька.

— Мне надо с ними поговорить, — сказал он.

— Конечно. Я дам им директиву…

— Стоп! — перебил ее Санек. — Никаких директив, Жека! Я сам.

— Как скажешь, — легко согласилась принцесса. — Пойдем к ним?

— Минуту, — Санек дал команду на вскрытие скафа, выбрался наружу и снова натянул комби. Да, в «шкуре» и спокойнее, и комфортнее, но тот разговор, который он планировал… Если Санек будет в скафе, то поговорить с солдатами попросту, по-мужски, точно не получится. А нужен именно нормальный разговор.

Может быть, Жека и права: это не вполне люди, а особи, выращенные из пробирки и отформатированные для выполнения определенных функций. Но в этом следовало убедиться. Потому что выглядели они вполне нормальными людьми. Не хуже и не тупее мужиков, которых он тренировал в центре Федрыча. И если те, кто сейчас обороняет город, не функции с заданными директивами, а все же люди, то воевать с ними у Санька не было ни малейшего желания. А узнать, так ли это, можно единственным способом: попробовать установить контакт. Для начала — с десятником Макаром, потом — с остальными. И если они люди, а не биороботы, то надо понять, каким миром живут и какую правду исповедуют. Без этого знания в их город по-хорошему не войти. Только — по выжженной земле. Что в планы Санька не входило. Даже если сие и было изначальной целью его миссии. Человекообразных мутантов он мог класть штабелями без зазрения совести. Мутантов, не людей. А еще доказать самому себе, что отрицательный рейтинг — это его сущность, а не «так сложилось». Отныне и впредь: врагам — смерть, случайным противникам если не милосердие, то как минимум снисхождение.