— Не часть генома? Вирус? — проявил эрудицию Санек.

— Нет. Вирус автономен. А это…. — Принцесса умолкла, подбирая подходящее слово:

— Клей, — опять вмешалась Шестая. — Это не что-то, а для чего-то. — Она перехватила виртуальную указку. — Соединяет вот здесь и здесь. Причем то, что соединить невозможно. А уж воспроизвести…

В объеме рядом с гигантской спиралью появилось новое окошко, в котором вполне человеческий по виду язык сначала увеличился в разы и свернулся колечком, а потом в его корне образовалась железа-пузырек с выходом протоки в самый его кончик.

— Язык на основе человеческой ткани преобразован по типу хамелеоньего, только без хряща, — сообщила Королева. — Железа производит нейротоксин, как один из видов пауков. И эта железа — не имплант, а часть организма. Выбрасывается сжатием встроенной внутрь языка гладкой мускулатуры, заимствованной у головоногих. Я сама разрабатывала эту комбинацию. Модель. И я видела практический результат. Невозможный. Как и все твари, которых выводили шаманы.

— Они заказывали нам генетические модели, принципиально невозможные, — перехватила инициативу Седьмая. — Ставили общую задачу, а мы создавали архитектуру на базе доступных материалов. Как в виртуальной игрушке. Собираешь героя с определенными свойствами. Только на генном уровне.

— С учетом особенностей развития зародыша, но масштабированно, — уточнила Шестая.

— А можно еще пример? — попросил Санек. — Про особенности развития.

— Можно, — кивнула Шестая. — Например, жабры. На определенном этапе развития зародыша они обозначены, и их можно сохранить…

— Но работать они не будут, — добавила Седьмая. — А чтобы работали, нужны развитые обеспечивающие системы. Усилил одно — дорабатываешь все, что связано.

Это Санек понимал. Чтобы пардокентавр быстро бегал, одних мощных лап мало. Нужны солидные легкие, чтобы обеспечить тушку кислородом. И мощное сердце, чтобы прокачивать доставляющий агент — кровь. И дублирующие структуры, чтобы скомпенсировать потери при транспортировке. И…

В общем, когда пристраиваешь второй и третий этажи к одноэтажному домику, надо позаботиться, чтоб тот не развалился. И чтобы рассчитать то, что Седьмая метко назвала архитектурой, нужны очень серьезные вычислительные мощности.

Которых у мутов не было.

Та электроника, которую Санек наблюдал в Гнезде Лии Дека, — это ни о чем. И определенно тоже произведена в Брянске или в каком-то другом городе.

— Они сообщают нам, что именно требуется, а мы разрабатываем генетические модели, — подытожила Королева.

— Ты разрабатываешь, — уточнила Седьмая.