Взлет, стремительное маневрирование, восходящая петля… Дуб устоял. Шестилапый — нет. Взрыв превратил его в биологическую взвесь, неравномерным слоем осевшую в радиусе шести метров.

Победа!

Седьмая отодрала от висков слимы-контакторы, глянула на подругу и расхохоталась. Уж больно комично выглядела обида на глянцево-черной, круглой мордочке киноида.

— Нечестно, — пискнула подруга. — Ты задействовала второй поток!

— Ничего подобного! Нестандартное мышление! — возразила Седьмая. — И твоя ошибка! Бионик-спец не стал бы укрываться там, где его может достать торпеда.

— Нечестно! В реале у него целый лес, а у меня в игре арена пять на пять!

С этим Седьмая была согласна. Но признать это…

— Я победила! — заявила она. — Вот единственный непреложный факт, Неженка! В реале проигравшие жалоб не пишут. Они вообще не жалуются, потому что мертвые.

— Особенно не активированные эмбрионы, — проворчала киноид. — Или щенки.

Она была продуктом жесткой селекции, знала об этом, понимала причины, но каково это — знать, что три десятка твоих сестер были утилизированы только потому, что ты оказалась на доли процента эффективнее.

Однако говорить об этом с Седьмой не стоило. Не поймет. Но огорчится. За компанию. Девочка-человек и девочка-киноид были неразлучны с рождения и знали друг друга до мелочей. И чувствовали друг друга лучше, чем близняшки, выросшие из одной яйцеклетки. Никого ближе у киноида не было. И у Седьмой тоже. Даже ее мама… Генетическая мать Евгения Шестая. Королева. Этим все сказано.

Седьмая сменила тему:

— Поработаем с твоей взрослой формой, Неженка? Хочешь?

— Да, да!

Киноид подпрыгнула и завиляла хвостом-кочерыжкой.

Седьмая погладила подругу по круглой головенке, размером с ее собственную. В этой костяной шкатулке, имитирующей голову пса, скрывался разум, не уступающий разуму прима-солдата. И что характерно: предкам удалось добиться этого с помощью всего лишь спонтанного моделирования. Правда, потребовались десятилетия выбраковки, в то время как спец-бионик вылепит боевую форму за считаные часы. Хоть плавучую, хоть летучую. Вот только это будут тупые твари, не способные взаимодействовать с сетями. А Неженка — способна. Но все равно уступает чистой линии. Только что Седьмая это доказала, управившись со стаей мутов с помощью единственного монитора-амфибии. Мозг чистой линии — лучшее из достижений науки до Разлома. Этот мозг и совершенное тело, которое она получит после трансформы. Ни одному спецу-бионику не добиться чистоты генома, допускающей множественное расщепление сознания. Даже их шаманы — пусть и генно-модифицированный, но все равно продукт той же, доразломной науки.