Санек тут же попробовал и… не получилось. Никакой избирательности. Блокировать удавалось только эмоции целиком.

То есть он мог полностью уходить сознанием во второй поток, оставляя в первом чувства и эмоции. Они как бы были, но вне деятельности. Санек мог думать, двигаться, реагировать и принимать решения, на которые не влиял гормональный фон. То есть, насколько Санек мог судить, тот же норадреналин выделялся нормально и, как положено, ускорял реакцию, обострял внимание, тонизировал и прочее, но при этом — никакого эмоционального компонента. Радости — ноль.

Еще он перестал чувствовать боль. Осознавать — да. Чувствовать — нет. Это было не очень хорошо. Боль для Санька давно уже была инструментом, и инструментом полезным.

Наверняка с этим можно было бы как-то разобраться, но — некогда. Надо действовать. Надо. Да, риск высок, но он же — химера. Риск — это его путь наверх. И главным побудительным мотивом для рискованных действий, Санек сейчас это знал наверняка, было не спасение Неженки с ее хозяйкой. Он хотел, нет — он жаждал снова увидеть этот статус. «Александр Месть. Четвертый уровень». Санек понимал, насколько это маловероятно, но вдруг. Ну хоть понять, хоть намек на то, как так получилось.

Знание, которое стоит любого риска.

Но это не повод второй раз сунуть голову в один и тот же омут. Если совать, то в разные, ха-ха!

Подбодрив себя этаким образом, Санек велел скафу открыться…

— Ты пришел, космонавт, — удовлетворенно произнес Лии Дек. — Избавил меня от необходимости тащить твою скорлупу домой.

Неженка рядом с ним оскалилась и зарычала.

— Сидеть, колючка. Он не опасен… Мне не опасен, — уточнил Лии Дек, когда парализованная Неженка обмякла. Только она.

Сам Лии Дек и его уцелевший боец-охранник были защищены.

— Как знаешь, — сказал Лии Дек. — Я…

Выпад скафа был стремителен. Клинок пробил хитин и вошел точно в шейный ганглий.

Лии Дек активировал сдвиг, но поздно. Повреждение было уже не устранить.

— Ты лишил меня моей лучшей четверки, — сердито проговорил Лии Дек, уверенный, что заключенный внутри своей скорлупы пришелец его слышит. — Знаешь, как трудно их выращивать? Хотя откуда тебе знать… космонавт. Очень надеюсь, что пользы от тебя будет больше, чем вреда. Ты готов сотрудничать? Кивни, если да, — Лии Дек включил фонарь и направил белый яркий луч на стекло шлема. — Что?..

— То, — сказал Санек, выходя из-за заблокированного скафа.

Он вскинул руку, и лазерный луч полоснул по глазам шамана, выжигая сетчатку.

Увы, преимущества Санек не получил. Фонарь шамана упал и погас. Наступила абсолютная пещерная тьма.