Костяшки Клоуша белеют. Желваки на щеках зашевелились. Так, похоже я надавил слишком сильно. Теперь следующий этап под название «пряник». Добродушно улыбаюсь:

— Не кипятись, Клоуш. Я же говорил, что тебе не враг. Наоборот. Хочу помочь.

Клоуш смотрит на меня горящими глазами:

— Вы, ВАШЕ БЛАГОРОДИЕ? А чем вы лучше Стилета, стал-быть? Сколько раз вы щупали за задницу мою внучку, намекая, что будет, если я не налью вам вина, чарка которого стоит как мой дневной доход? А вы знали, что об этом балакает вся деревня? Моя красавица теперь до седины будет ходить в девках из-за сплетен, что вы ее опорочили!

Старый хрен… Знает на что давить… Но теперь я понимаю его слабое место и стоит этим воспользоваться. Надеюсь, «я» только «щупал» его внучку и не наделал глупостей. Иначе с Клоушем дела не заладятся. Существуют непростительные вещи.

Спрашиваю:

— Она сейчас здесь? Лия твоя.

— Нет! — глаза Клоуша аж загораются огнем.

Ясно. Врет. Я видел, как какая-то девушка в фартуке юркнула на кухню, когда мы зашел. И периодически слышу скрип полов за закрытой дверью. Она стоит и подслушивает.

— Обещаю, что ничего ей не сделаю. Пусть выйдет.

— Ее здесь нет.

Вздыхаю:

— Она стоит во-о-он там и подслушивает, Клоуш.

Тень под дверью кухни замирает.

Клоуш превращается из дряхлого старикана в разъяренного деда, защищающего своих внучек:

— Хотите ей что-то сказать, скажите мне, стал-быть! Я передам!

Видимо, он понимает, что перегибает, слегка сбавляет гонор:

— Умоляю, господин Римус… Она совсем дитя… Третий месяц ночами не спит… Работать не может, всё из рук валится. Боится вас…

Делаю самое серьезное лицо, на какое только способен:

— Клоуш, я не буду настаивать. Но я могу всё исправить. Правда.

Какое-то время старик только трясется, и я уже хочу оставить это гиблое дело, но… на удивление происходит странное. Клоуш косится за мои спину, и будь я проклят черепом, если скрип доспехов не означает, что Торн ему кивнул.

— Ладно… стал-быть. Лия, девочка моя, иди сюда, пожалуйста! С тобой хотят поговорить!

И она выходит. Теперь я рассматриваю ее внимательнее и еле сдерживаюсь, чтобы не скорчить удивленное лицо. Молодая девушка передо мной одета в заляпанный фартук и длинную юбку, но выглядит как фея, а не средневековая баба. А это личико… просто воплощает в себя первозданность женской невинности. Первым делом я гляжу ей на уши и понимаю, что она не эльфийка, а просто человек. Копна рыжих волос и редкие веснушки только подчеркивают ее красоту. Низенькая, компактная, с опущенной головой она мнет ручками грязный половник. Ее огромные глаза влажные, она постоянно шмыгает носиком. Вот именно на таких милых и беззащитных девушек и бросаются мужики, с пеной у рта умоляя позволить им стать их вечными защитника от всех мировых бед.