Клоуш явно злится. Авис Ква с улыбкой наблюдает за перепалкой.

— Стал-быть, я тебе запрещаю! Пойдёшь со мной! Хватит приключений!

— Куда мы пойдём, а, дедушка? Вокруг одни враги!

— Выберемся как-нибудь… Как эти… — Он кивает в сторону выхода, явно имея в виду авантюристов, решивших, что они смогут сбежать из города, не попав на глаза ни одному эльфу.

— Выберемся! Как же! Ты слышал, что наружи происходит? Там не только эльфы! Там какое-то чудище на людей охотится!

— Ну… стал-быть… я не собираюсь сидеть здесь и ждать, когда оно сюда явится. Или эльфы… стал-быть…

Вздыхаю. Отхожу в дальний угол, сажусь в позу лотоса. Успокаивает. Не знаю почему.

— Я никого не держу. И никогда не держал. Лия, твой дедушка прав. Со мной становится очень опасно.

— Стал-быть, во-о! Даже молодой господин тебе об этом говорит!

Странно. Клоуш раздражает намного сильнее, чем должен. А Лию хочется до скрипа в зубах. И это… не обычное желание. Клоуш даже не представляет, насколько он прав, что со мной им небезопасно. Дикий зверь просыпается. Опять. Так скоро…

Закрываю глаза.

«Мастер, решили погрузиться в транс? Самое время».

«Почти… Нужно успокоиться. И кое-что вспомнить…»

«Это что, например?»

* * *

Другой мир. Другое время

Допрос проводит оперуполномоченный по особо важным делам.

Полковник Федеральной службы безопасности Цыганков Пётр Анатольевич.

Допросная комната. Тесная. Стол, два стула, яркая лампа.

Мальчишка, лет двенадцати, сидит напротив полковника, прикованный сразу тремя наручниками. На руках. На ногах. К стулу, вмурованному в пол.

За спиной полковника стоит капитан Беляев. Очень перспективный, почти гениальный, но ещё неопытный и болтливый.

— Полковник, он ещё ребё…

— Ни слова больше. Выйди. Не дорос ещё до таких дел.

Капитан отдаёт честь, выходит. Закрывает дверь на три замка.

— Камер тут нет, как видишь. Кто ты такой?

— Темнов Дениска. — Мальчик неприятно улыбается, кивает на личное досье на столе. — Там же написано. Вы читать не умеете, полковник?

Полковник, и глазом не моргнув, открывает досье, листает.

— Читал уже много раз. Но я не имя твоё спрашиваю. Я спрашиваю, кто ты такой.

— Мальчик. Двенадцать годиков.

— Понятно. Думаешь, это смешно? Думаешь, я буду тебе подыгрывать? Давай скажу прямо. В исключительных случаях мы тут права человека и ребёнка не соблюдаем. Во благо общества и государства и не на такое приходится идти. Именно поэтому тут нет камер. Понимаешь?

Ни единого мускула не дрогнуло на лице ребенка, что пугает полковника ещё больше, чем его досье.

— Понимаю. Бить меня будете? Пытать? Иголки под дёсны или под ногти? Говорят, достаточно сообщить о том, что ждёт жертву, и она сразу же всё выложит.